Шкала САПСАН для скрининговой оценки посттравматических стрессовых нарушений у лиц опасных профессий

Е.О. Лазебная, М.Е. Зеленова, А.В. Захаров

Проблема предотвращения развития состояний, связанных с переживанием различных по своей этиологии стрессовых ситуаций и неблагоприятных с точки зрения надежности и эффективности профессиональной деятельности человека-оператора в современных социотехнических системах, в течение многих лет остается одной из самых актуальных задач психологии труда, инженерной психологии и эргономики (Бодров, Орлов, 1998; Бодров, 2001). В рамках этой проблемы особый интерес представляет изучение особенностей переживания человеком-оператором в ходе реализации задач профессиональной деятельности травматического психологического стресса и влияния связанного с травматическим опытом комплекса специфических посттравматических стрессовых состояний на его последующее профессиональное и социальное функционирование.

Одной из основных исследовательских и прикладных задач в этой области является, как показал анализ литературных данных и результаты ранее проведенных исследований, профилактика развития у человека-оператора хронических форм посттравматической стрессовой дезадаптации. В первую очередь это касается развития комплекса специфической хронической посттравматической психопатологии (симптоматики посттравматического стрессового расстройства — ПТСР) как наиболее выраженной системной формы посттравматических нарушений функционирования (Лазебная, 2002, 2007; Лазебная, Зеленова, 2007, 2008). Решить эту задачу помогает, наряду с разработкой специальных методов подготовки и медико-психологической реабилитации профессионалов, и ран няя, максимально приближенная к моменту травматизации скрининговая диагностика посттравматических стрессовых нарушений.

В настоящее время в русскоязычных версиях применяется ряд достаточно надежных и валидных зарубежных психометрических диагностических шкал, пригодных для использования вне рамок клинической диагностики ПТСР (Малкина-Пых, 2005; Тарабрина, 2001; Wilson, Keane, 1997). В ходе реализации первого этапа данного исследования (Лазебная, Зеленова, 2008) нами также были получены данные, подтверждающие высокий уровень валидности, надежности и внутренней согласованности данного комплекса методик применительно к исследованиям посттравматических нарушений на отечественных популяциях. Однако ни оперативностью, ни практической доступностью эти методы не отличаются. Они требуют от того, кто ими пользуется, серьезной подготовки и в области психологии травматического стресса, и в области психодиагностики (Тарабрина, 2001).

Вместе с тем очевидно, что скрининговая методика должна отличаться от существующих психодиагностических методов, во-первых, своей оперативностью и, во-вторых, своей доступностью для практиков. Для проведения исследования, обработки и интерпретации полученных данных должно быть достаточно минимума знаний в этой области. Методика не должна предъявлять повышенных требований к уровню специальной подготовки практического работника, проводящего посттравматический скрининг. Такой скрининг проводится, как правило, с целью дальнейшего мониторинга динамики посттравматического состояния и своевременного купирования его неблагоприятных изменений у тех, кто попал в группу риска, а это уже задача квалифицированных специалистов — медиков и психологов. Однако достаточно надежного отечественного психодиагностического инструмента, позволяющего реализовать такую стратегию посттравматической профилактической работы среди профессионалов, сегодня не существует.

При этом особенно актуальным становится проведение профилактического посттравматического скрининга в тех областях профессиональной деятельности, которые связаны с реализацией профессиональных задач в особых и экстремальных условиях. К этой категории профессионалов (лиц опасных профессий) могут быть отнесены нс только операторы, управляющие сложными современными техническими системами. Деятельность спасателей, пожарных, сотрудников спецподразделений также отличается выраженным риском психической травматизации. И в первую очередь актуальность такой скрининговой диагностики становится очевидной, когда речь идет о военнослужащих, сталкивающихся при реализации профессиональных задач с угрозой для жизни как постоянно действующим травматическим психологическим профессиональным фактором. Зона боевых действий оказывает самое мощное травматическое воздействие на человека, в том числе и на тех, кто управляет в боевой обстановке современными видами вооружений. Поэтому с целью разработки психодиагностической методики для скрининговой экспресс-диагностики посттравма-тичсских стрессовых нарушений именно среди военнослужащих в действующих частях и подразделениях Российской армии при финансовой поддержке РГНФ (грант 08-06-18002 е) в Институте психологии РАН совместно с Социологическим центром МО РФ было организовано и проведено данное двухэтапное психометрическое исследование, целью которого являлась разработка психометрической шкалы для экспресс-диагностики признаков посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих — участников боевых действий.

На I этапе в исследовании приняло участие 172 военнослужащих различных частей и подразделений Российской армии. При конструировании новой шкалы на основании психометрического анализа данных одна из методик традиционного посттравматического психометрического комплекса (методика «Шкала оценки тяжести воздействия травмирующего события» IOES-R (Малкина-Пых, 2005; Тарабрина, 2001; Wilson, Keane, 1997) была использована в качестве базисной (Лазебная, Зеленова, 2008). При разработке пилотного варианта конструируемой скрининговой шкалы также были использованы оценочные шкалы из методик «Миссисипская шкала», Шкала для оценки личностной тревожности Спилбергера-Ханина и Шкала депрессивности А. Бека, также входящих в этот комплекс (Малкина-Пых, 2005; Тарабрина, 2001; Wilson, Keane, 1997), продемонстрировавшие наиболее тесные корреляционные и факторные связи с методикой IOES-R. Кроме того, в сс структуру вошли и показатели уровня интенсивности переживания в боевой обстановке перитравматических диссоциативных состояний из специально разработанного в целях данного проекта варианта методики «Шкала оценки тяжести боевого опыта» (ОТБВ). В итоге в структуру оценочных шкал пилотного варианта методики («Шкала для диагностики выраженности посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих», ПСНВ) было включено 72 оценочных шкалы. Каждая из них представлена в форме утверждения, требующего от обследуемого оценить (на основании своего личного опыта) степень согласия или несогласия с ним, используя предложенную четырехбалльную биполярную шкалу оценок (Лазебная, Зеленова, 2008).

НаП этапе исследования была проведена апробация пилотного варианта Шкалы ПСНВ и проведена оценка психометрических качеств (валидности и надежности) конструируемой методики. Результаты анализа представлены в данной статье. Цель исследований II этапа — определение диагностических возможностей и психометрических качеств методики «Шкала ПСНВ» как пилотного варианта разрабатываемой скрининговой шкалы для оценки уровня выраженности признаков посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих — участников боевых действий и оптимизация ее психометрической структуры.

В ходе исследования были поставлены и реализованы следующие задачи:

• 1. Проведена апробация разработанного варианта методики «Шкала ПСНВ» в эмпирическом исследовании в частях и подразделениях МО РФ.
• 2. Проведена статистическая оценка ее основных психометрических характеристик (валидности и надежности), определяющих диагностические возможности по отношению к признакам посттравматических стрессовых нарушений.
• 3. На основании полученных данных оптимизирована структура оценочных шкал ПСНВ и сконструирована скрининговая шкала САПСАН для экспресс-диагностики посттравматических нарушений.

Организация исследования. Изучение диагностических возможностей Шкалы ПСИВ было проведено в июле-августе 2008 г. с участием военнослужащих, находящихся на действительной службе в Российской армии. Всего на II этапе было обследовано 214 человек — 213 мужчин и 1 женщина, результаты обследования которой были полностью исключены из обработки ввиду гендерных (межполовых) различий. В исследовании приняло участие 59 сержантов, 34 прапорщика и 111 офицеров. Кроме того, у 9 участников в итоговых документах обследования отсутствовали сведения об их воинском звании и уровне образования, а на 13 человек не было представлено сведений о возрасте, что было учтено при обработке данных. Профессиональный статус военнослужащих (звание) при анализе был закодирован в условных баллах (3 — офицер, 2 — прапорщик, 1 — сержант или рядовой). Оценка уровня образования в соответствии с существующей международной практикой психодиагностических исследований проводилась по показателю “количество лет обучения”. Среди обследованных военнослужащих 111 человек имели высшее, 2 — неполное высшее образование (16 лет и 14 лет), 6 человек — среднее техническое (13 лет), 75 человек — полное среднее или среднее специальное (И лет) и 10 человек — неполное среднее (9 лет). Демографические данные, представленные в таблице 1, позволяют расценивать распределение

Таблица 1

Демографические характеристики военнослужащих — участников исследований на II этапе

рассматриваемых признаков в обследованной профессиональной выборке как нормальное, что повышает достоверность полученных результатов психодиагностического исследования.

Методы исследования. На II этапе в исследовании применялись следующие психодиагностические методики:

• 1. Пилотный вариант психометрической методики “Шкала ПСНВ” для диагностики выраженности признаков посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих, разработанный на I этапе исследования, который включает в свою структуру 72 четырехбалльных биполярных оценочных шкалы (Лазебная, Зеле-нова, 2008). Диагностический показатель Шкалы ПСНВ — средний балл по методике (Индекс выраженности посттравматических нарушений — ПТН). Высокий уровень данного показателя отражает высокую выраженность посттравматических нарушений, характерных для развития у военнослужащего комплекса неблагоприятных посттравматических психологических и психофизиологических состояний.
• 2. Многокомпонентная шкала “Успешность военной посттравматической адаптации” (УВПА) Е.О. Лазебной (2006) для оценки субъективной эффективности посттравматического адаптационного процесса. Исследовательская методика Шкала УВПА была разработана как методика, позволяющая психометрически оценить уровень субъективной выраженности комплекса дезадаптационных проблем, связанных с посттравматическими нарушениями в различных областях социального функционирования. Методика была валидизирована в предыдущих исследованиях с участием ветеранов войны в Афганистане (Лазебная, 2006; Лазебная, Зеленова, 1999, 2007). В целях применения в данном исследовании методика была содержательно адаптирована для военнослужащих, находящихся на действительной службе (внесены текстуальные изменения в инструкцию и изменены формулировки некоторых утверждений в оценочных шкалах в соответствии с характером посттравматического функционирования обследуемых). Шкала УВПА позволяет оценить субъективную успешность, тяжесть и эффективность посттравматического адаптационного процесса по четырем основным параметрам социального функционирования:

• 1) профессиональная деятельность (Работа);
• 2) организация и проведение свободного времени (Досуг);
• 3) межличностное взаимодействие (Общение);
• 4) поддержание соматического и психического здоровья (Здоровье).

При работе с УВПА по каждому параметру испытуемым оцениваются на основании личного опыта особенности преодоления в ходе носттравматической стрессовой адаптации (ПСА) четырех основных частных проблем, характерных для данной области функционирования. Например, в области межличностного взаимодействия (Общения) одной из самых острых проблем посттравматического периода жизни (адаптационных задач) для участников травматических событий является задача «Наладить и поддерживать отношения с близкими». При итоговой обработке УВПА вычисляются:

Усредненные по четырем основным адаптационным проблемам в каждой области функционирования субъективные показатели тяжести адаптации, ее продолжительности и достигнутого уровня адаптированности.

Обобщенные по шкале в целом средние индексы тяжести (D) и продолжительности адаптации (Т), уровня адаптированности (L) и субъективной удовлетворенности (S).

Основной показатель УВПА — Интегральный индекс адаптированности 1ад, отражающий эффективность процесса ПСА по соотношению субъективно оцененного достигнутого уровня адаптированности и удовлетворенности результатами адаптационного процесса с его субъективно переживаемой тяжестью и длительностью:

1ад = (LxS) + (TxD)

Чем выше значение этого индекса, тем выше эффективность процесса ПСА как процесса преодоления негативных последствий пребывания в травматической стрессовой ситуации, тем меньше посттравматических стрессовых нарушений отмечается на момент обследования. В данном исследовании уровень индекса 1ад УВПА использовался в качестве основного критерия конструктивной и дифференцирующей валидности разрабатываемой скрининговой методики.

Статистическая обработка осуществлялась с использованием стандартных статистических процедур комплекса SPSS, в том числе методов сравнительного, корреляционного (по Спирмену) и факторного анализа. Полученные данные представлены в таблицах 2-4.

Результаты исследования

Надежность и конструктная валидность Шкалы ПСНВ.

Теоретическая и содержательная валидность шкалы ПСПВ, т.е. соответствие ее шкал измеряемой области психических свойств (в данном исследовании — пространству выраженности посттравматических стрессовых нарушений) была обеспечена на I этапе результатами анализа литературных данных и процедурой отбора оценочных шкал. На II этапе определялась конструктная, факторная и критериальная (диагностическая) валидность ПСНВ, а также (с применением коэффициента а Кронбаха) ее надежность по внутренней согласованности, т.е. по оценке степени выраженности интсркоррсляционных связей се оценочных шкал (Бурлачук, Морозов, 2000). На основании результатов статистического анализа полученных данных может быть сделан вывод о высоком уровне конструктной валидности, надежности и внутренней согласованности апробированного в исследовании варианта скрининговой методики ПСНВ (см. таблицу 2).

Как видно из представленных в таблице 2 данных, внутренняя однородность Шкалы ПСНВ в целом по методике, а также определяемая методом половинного расщепления (split half reliability) очень высока. В практике психологической диагностики считается, что тест надежен, если эти коэффициенты превышают уровень 0,6 (Бурлачук, Морозов, 2000).

В качестве критерия конструктной валидности методики ПСНВ использовался уровень корреляционной связи усредненного индекса ПТН и частных оценочных шкал ПСНВ с интегральным показателем Тад и результирующими индексами тяжести D и продолжительности Т Шкалы УВПА. Полученный в исследовании высокий уровень и значимость непротиворечивой корреляционной

Таблица 2

Психометрические характеристики надежности и валидности пилотного варианта методики «Шкала ПСНВ»

связи изучавшихся показателей позволяет говорить о хорошей конструктной валидности разрабатываемой методики. Данные, представленные в таблице 2, подтверждают, что чем выше значения индекса ПТН, тем выше и индексы D и Т УВПА и тем ниже общий уровень эффективности адаптационного процесса (индекс 1ад).

Критериальная валидность конструируемой шкалы ПСНВ. Критериальная (диагностическая) валидность оценивается по способности конструируемой методики диагностировать те свойства, качества и особенности человека, для изучения которых она создастся, и дифференцировать обследованных с се помощью лиц по уровню выраженности изучаемого признака (Бурлачук, Морозов, 2000). Одним из методов оценки критериальной валидности является сравнительный статистический анализ результатов ее применения в группах, заведомо различающихся по изучаемому признаку. Группы сравнения формируются на основании результатов психодиагностического обследования с использованием психометрических методов, обладающих установленной диагностической валидностью по отношению к изучаемому качеству. С этой целью для критериальной валидизации разрабатываемой скрининговой шкалы ПСНВ также были использованы результаты применения шкалы УВПА. Весь массив военнослужащих — участников исследования (213 чел.) с использованием медианного критерия был разбит по уровню субъективной эффективности ПСА (по Индексу 1ад У ВП А) на две группы с различной выраженностью этого признака. Медиана показателя 1ад составила 1,42 балла. В группу А вошло 106 человек с оценками по этому показателю, превышающими его медианное значение. В группе В были объединены остальные военнослужащие (107 чел.), субъективная эффективность процесса ПСА которых оценивалась значениями ниже медианных. Результаты сравнительного анализа представлены в таблице 3.

Сравнительный анализ подтвердил диагностическую валидность разрабатываемой методики. Группы значимо различались как по индексу субъективной эффективности посттравматической адаптации 1ад УВПА, так и по индексу ПТН Шкалы ПСНВ, отражающему степень выраженности у военнослужащих текущих психологических, психофизиологических и поведенческих проблем, связанных с переживанием ими травматического психологического стресса при выполнении служебных обязанностей в опасных для жизни ситуациях. При этом ни по возрасту, ни по образованию, ни по профессиональному статусу значимых различий между ними установлено не было, т.е. выявленные различия в уровне пост-

Таблица 3 Уровень выраженности посттравматических нарушений по индексу ПТН в группах участников боевых действий, различающихся по субъективной эффективности ПСА

травматического неблагополучия нс связаны с действием данных факторов.

Факторная валидность шкалы ПСНВ. Одним из методов оценки конструктной валидности и внутренней согласованности оценочных шкал разрабатываемой в психодиагностических целях методики служит метод факторного анализа. Факторизация дает возможность оценить уровень значимости каждого из заложенных в структуру методики параметров оценки выраженности изучаемого свойства, а также более четко представить внутреннюю структуру связей между отдельными показателями по отношению к изучаемому признаку (Бурлачук, Морозов, 2000). Кроме того, результаты факторного анализа позволяют, наряду с другими статистическими процедурами, обоснованно оптимизировать структуру конструируемой методики, исключив из се состава тс оценочные шкалы, которые в меньшей степени валидны по отношению к оцениваемому качеству. Для апробированного в данном исследовании пилотного варианта скрининговой методики (ПСНВ, 72 оценочных шкалы) была проведена процедура факторного анализа с применением различных методов факторизации, таких, как метод главных компонент (ГК), метод главных факторов (ГФА) и метод альфа-факторизации. С этой целью использовался пакет стандартных статистических программ комплекса SPSS for Windows. При анализе индивидуальные матрицы протоколов обследования военнослужащих суммировались в целом по выборке в обобщенную матрицу (72 оценочных шкалы ПСНВ х 213 обследованных). Обобщенная матрица показателей подвергалась факторному анализу с использованием вышеуказанных методов факторизации.

Все полученные при различных способах факторизации факторные матрицы оказались близкими по своей структуре и включали равное количество значимых факторов, покрывающих от 57% до 65,11% общей дисперсии. На основе анализа содержания пунктов со значимыми факторными нагрузками, их устойчивости при ротации и величины совокупной дисперсии для последующей обработки была выбрана 15-факторная модель, полученная по методу главных компонент после поворота факторных структур по принципу Varimax (65,11% общей дисперсии). Для проверки обоснованности выбора данной модели были использованы такие статистические критерии, как критерий факторных нагрузок и критерий следа (отссивания), а также проведен ряд дополнительных статистических процедур.

Содержательный анализ структуры факторов полученной факторной матрицы (см. таблицу 4) подтвердил высокую внутреннюю согласованность методики ПСНВ и ее конструктивную валидность.

Таблица 4

Факторная матрица шкал методики ПСНВ

Первый, наиболее весомый, фактор «Когнитивно-эмоциональные посттравматические нарушения» (13,56 % общей дисперсии) объединил оценки по И шкалам ПСНВ, отражающим уровень когнитивных и эмоциональных посттравматических нарушений. Это хорошо согласуется с тем, что именно нарушения процессов хранения, переработки и воспроизведения информации являются основной причиной развития посттравматической дезадаптации разных уровней интенсивности, в том числе и посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) как наиболее тяжелой ее формы. При этом в первом факторе полученной факторной матрицы ПСНВ оказались представлены и все наиболее значимые признаки развития ПТСР, если оценивать их в соответствии с международными диагностическими критериями (Лазебная, 2002, 2007; Лазебная, Зеленова, 1999; Малкина-Пых, 2005; Тарабрина, 2001; Wilson, Keane, 1997).

В целом структура первого фактора ПСНВ отражает системный характер посттравматических стрессовых нарушений, что соответствует представленным в многочисленных публикациях по проблематике травматического психологического стресса данным (Лазебная, 2002; Лазебная, Зеленова, 1999; Малкина-Пых, 2005;

Тарабрина, 2001; Van dcr Kolk, McFarlane, Weisaeth, 1996; Wilson, Friedman, Lindy, Holistic, 2004).

Содержательная структура остальных факторов Шкалы ПСНВ подтверждает этот вывод, что свидетельствует о ее высокой прогностической ценности. Кроме фактора когнитивно-эмоциональных нарушений, все пространство факторизации описывается следующими четырнадцатью факторами, отражающими различные аспекты в общей картине проявления постстрессовых посттравматических нарушений (см. таблицу 4).

Фактор 2, «Идеальное посттравматическое самочувствие» и фактор 10 «Оптимизм» отражают позитивные оценки функционирования и выраженность состояния психологического и физиологического комфорта как антитезу выраженности посттравматического неблагополучия.

Фактор 3 «Чувство вины «выжившего» и фактор 8 «Чувство вины за свое поведение в прошлом» включают шкалы, оценки по которым связаны с проявлением двух разных вариантов проявления чувства вины у тех, кто пережил травматический стресс. Чувство вины является важнейшим, личностно детерминирующим компонентом неблагоприятных психологических изменений, наблюдающихся после психической травматизации. Причины его развития у жертв травматического стресса связаны с посттравматическими изменения Я -концепции личности (Ялом, 2005). Обсуждая структуру 3 и 8 факторов, необходимо обратить особое внимание на присутствие в ней шкал, отражающих интенсивность переживания диссоциативных состояний в прошлом, непосредственно в ходе травматической стрессовой ситуации. Интенсивность этих состояний, определяемых как состояния перитравматической диссоциации, отражает интенсивность эмоциональных переживаний человека в травматической ситуации, т.е. перитравматическая диссоциация связана с когнитивной оценкой негативной личностной значимости и травматичности происходящих событий. Установленный в исследовании факт прямой факторной зависимости интенсивности событийной диссоциации и развивающегося в посттравматическом периоде у носителей травматического опыта чувства вины подтверждает высокую прогностическую значимость этих показателей при оценке уровня выраженности посттравматических нарушений у военнослужащих. Кроме того, комплекс шкал ПСНВ, оценивающих сооствснно интенсивность псритравматичсских диссоциативных состояний, связанных с когнитивно-личностными процессами деперсонализации и дереализации (т.е. с искажением самовосприятия и восприятия окружающей реальности) в опасных для жизни ситуациях, представлен в структуре самостоятельных факторов № 4 «Перитравматическая диссоциация» и № 12 «Амнезия».

Факторы № 5 «Нарушения внимания и адекватности поведения» и № 7 «Тревога, раздражение и гнев» объединили шкалы, оценки по которым характеризуют уровень хронической посттравматической гипервозбудимости в симпатической нервной системе и неспособность человека в посттравматическом периоде адекватно воспринимать окружающий мир, оценивать информацию, планировать и осуществлять свои действия. Шкалы, объединенные в факторы 6, 9,13 и 14 («Избегание разговоров о прошлом», «Избегание воспоминаний и размышлений о прошлом», «Пессимизм» и «Социальная изоляция»), характеризуют интенсивность избегания как доминирующей мотивационно-поведенческой стратегии преодоления посттравматических проблем при ПТСР (coping behavior). Наконец, шкалы фактора И «Физическое состояния» и фактора 15 «Бессилие и отчаяние» характеризуют уровень психосоматических проблем и энергетический потенциал военнослужащих — носителей травматического опыта (см. таблицу 4).

Оптимизация структуры пилотного варианта методики

Статистический анализ результатов II этапа исследования позволил оптимизировать структуру пилотного варианта разрабатываемой методики для оперативной (скрининговой) диагностики посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих — участников боевых действий. С этой целью использовались описанные выше данные, полученные в ходе факторного, сравнительного и корреляционного анализа. Кроме того, в целом по выборке была проведена статистическая оценка характера распределения оценок по каждой из 72 шкал ПСНВ с целью определения основных параметров его нормальности (эксцесса и асимметрии). В данном исследовании для всех шкал и асимметрия, и эксцесс были положи тельными. Как допустимые рассматривались показатели эксцесса, не превышающие значения 5, а показатели асимметрии — близкие к значению 2, но не превышающие уровень 3. Шкалы ПСНВ с более высокими показателями асимметрии и эксцесса и, соответственно, отличающиеся низкой прогностической значимостью и характеризующиеся высокой социальной желательностью получаемых по этим шкалам оценок, из структуры нового варианта методики исключались. В процессе оптимизации учитывался также факторный вес каждой шкалы в структуре соответствующего фактора.

Кроме статистически обоснованного исключения из структуры методики ряда оценочных шкал с низкой валидностью, были отредактированы (с учетом данных наблюдения экспериментаторов за работой обследованных военнослужащих при выполнении задания) формулировки некоторых оценочных утверждений и уточнена семантика предлагаемого диапазона оценок. Так, наряду с оценочной смысловой шкалой «никогда — иногда — часто — постоянно», применявшейся в ПСНВ, в новый вариант методики были включены шкалы оценок «никогда — иногда — часто — всегда» и «совершенно неверно — неверно — отчасти верно — совершенно верно».

В итоге психометрической оценки результатов проведенного пилотажного исследования была разработана методика для скрининговой оценки посттравматических стрессовых нарушений у военнослужащих», получившая рабочее название «Шкала САПСАН».

Шкала САПСАН включает 60 четырехбалльных биполярных оценочных шкал-утверждений (45 — прямых и 15 — шкал с обратной оценкой). Основной показатель методики, отражающий тяжесть текущего посттравматического состояния обследуемого, т.е. на день обследования, — суммарный балл по методике в целом (индекс ПС). В 2009 г. планируется завершить третий этап данного психометрического исследования как с участием военнослужащих, имеющих профессиональный травматический психологический опыт, связанный с выполнением ими служебных обязанностей в зоне боевых действий, так и военных специалистов операторского профиля деятельности. Цель исследований на III этапе — стандартизация, нормирование и валидизация скрининговой шкалы САПСАН.

Таблица 5

Бланк скрининговой методики «Шкала САПСАН»

сю

Cn

сю

360

362

Литература

Бодров В А. Психология профессиональной пригодности. М.: ПЕР СЭ, 2001.

Бодров В А., Орлов В.Я. Психология и надежность: человек в системах управления техникой. М.: Изд-во ИП РАН, 1998.

БурлачукЛ.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб.: Питер, 2000.

Лазебная Е.О. Посттравматическая стрессовая адаптация как системный процесс // Современная психология: состояние и перспективы исследований (материалы юбилейной научной конференции ИП РАН, 28-29 января 2002 г.). М.: Изд-во ИП РАН, 2002. Ч. I. С. 83-95.

Лазебная Е.О. Субъективная оценка успешности процесса посттравматической стрессовой адаптации // Психология психических состояний: Сб. статей. Вып. 6 / Под ред. А.О. Прохорова. Казань: Казанский государственный университет, 2006. С. 337-351.

Лазебная Е.О. Преодоление психологических последствий воздействия экстремального (травматического) стресса: посттравматическая стрессовая адаптация // Психология адаптации и социальная среда: современные подходы, проблемы, перспективы / Под ред. Л.Г. Дикой, А.Л. Журавлева. М.: Изд-во ИП РАН, 2007. С. 561-575.

Лазебная Е.О., Зеленова М.Е. Военный травматический стресс: особенности посттравматической адаптации участников боевых действий // Психологический журнал. 1999. Т. 20. № 5. С. 62-74.

Лазебная Е.О., Зеленова М.Е. Субъектные и ситуационные детерминанты успешности процесса посттравматической стрессовой адаптации военнослужащих // Психология адаптации и социальная среда: современные подходы, проблемы, перспективы / Под ред. Л.Г. Дикой, А.Л. Журавлева. М.: Изд-во ИП РАН, 2007. С. 576-589.

Лазебная Е.О., Зеленова М.Е. Психометрическая оценка выраженности посттравматических стрессовых нарушений профессиональной этиологии у участников боевых действий // Проблемы фундаментальной и прикладной психологии профессиональной деятельности / Под ред. В.А. Бодрова и А.Л. Журавлева. М.: Изд-во ИП РАН, 2008. С. 287-311.

Лазебная Е.О., Зеленова М.Е. Посттравматические стрессовые нарушения у лиц опасных профессий: новые методы психологической диагностики // Тезисы IV научной конференции «Человеческий фактор в авиации и космонавтике: подготовка кадров», 13-16 июня 2008 г., Москва — Ярополец. М.: Изд-во МАИ, 2008. С. 86-88.

Малкина-Пых И.Г. Экстремальные ситуации (справочник практического психолога). М.: Эксмо, 2005.

Тарабрина Н.В. Практикум по психологии посттравматического стресса. Серия «Практикум по психологии». СПб.: Питер, 2001.

Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. Библиотека психологии и психотерапии. Вып. 58. М.: Независимая фирма Класс, 2005.

Van der Kolk В., McFarlane A., Weisaeth L. (eds.) Traumatic stress: the effects of overwhelming experience on mind, body, and society. N.Y.-L.: The Guilford Press, 1996.

WilsonJ.P., Keane T.M. (eds.) Assessing Psychological Trauma and PTSD. N-Y.-L: The Guilford Press, 1997.

Wilson J.P., Friedman MJ., Lindy J.D., Holistic A. Organismic Approach to Healing Trauma and PTSD // Treating psychological trauma and PTSD (edited byJ.P. Wilson, MJ. Friedman, J.D. Lindy). NY: The Guilford Press, 2004. P. 28-56.

Автор: Журавлев А.Л.