ОЧЕРК 4. Охрана материнства и младенчества в Российской империи и ее роль в становлении советской системы охраны здоровья детей
1 ].}}
В.Ю. Альбицкий, Г.Л. Микиртичан, С.А. Шер
Размышляя об этапах развития охраны материнства и младенчества, здоровья детей и подростков в Имперской России, приходишь к выводу, что, во-первых, она начала формироваться как государственная система со второй половины XVIII столетия, а во-вторых, ее основными, узловыми событиями стали:
- • формирование наряду с частной и общественной благотворительностью государственной системы социализации детей, нуждающихся в помощи и поддержке;
- • ставшие убеждением понимание и требования значительно большего, расширенного внимания со стороны государства к охране здоровья детского населения;
- • первые подступы к созданию современной системы охраны здоровья матерей и детей, сравнимой с таковой в развитых европейских странах;
- • использование зарубежного опыта.
Именно с этих изложенных позиций авторы пытались рассмотреть историю медицинского сопровождения детского населения России, будучи глубоко убежденными в том, что при всей оригинальности и эффективности советской, сформировавшейся в тоталитарном государстве системы охраны материнства и детства, она, как пуповина ребенка с матерью, неразрывно связана с дореволюционной почвой.
Проблема охраны здоровья детей в Российской Империи в XVIII—XIX столетиях История России Империи, начиная с эпохи Петра Великого, делится на два значимо отличающихся и по форме, и по содержанию периода — до- и послереформенные. Великие реформы императора Александра II дали толчок для бурного развития фактически всем направлениям государственной и общественной жизни, в том числе и такой важнейшей составляющей социальной политики государства, как охрана здоровья детского населения. Исходя из сказанного, авторы сочли необходимым рассмотреть проблему охраны здоровья детей в дореволюционной России отдельно в указанные два периода. Формирование государственной системы социализации детей, нуждающихся в помощи и поддержке (XVIII — первая половина XIX столетий) Возникновение первых основ государственной системы охраны здоровья детей в России относится к началу XVIII столетия. В петровскую эпоху уже начинает четко пониматься необходимость государственного призрения рожденных вне брака детей. Петром Великим в 1712 и 1714 гг. принимаются указы об открытии госпиталей «для зазорных младенцев, которых жены и девки рожают беззаконно». Эти намерения продолжаются при его преемниках. Императрица Екатерина I издала указ «О приискании особых домов для приема и призрения незаконнорожденных» (1726), а императрица Елизавета Петровна — «О надобности учредить домы для призрения незаконнорожденных» (1747). Однако названные законодательные намерения, хотя и остались таковыми, тем не менее затронули многие стороны правового статуса ребенка, были направлены на правовую защиту жизни и интересов детей-сирот и незаконнорожденных детей — самых незащищенных и уязвимых групп населения и открыли путь для дальнейших преобразований [2]. Ко второй половине XVIII века относится событие, которое можно обозначить как первый шаг к созданию российской системы ОММ. Это 1 сентября 1763 г., когда Екатерина II подписала Манифест об учреждении Сиропитального дома в Москве. Главными причинами, заставившими открыть государственный^ Императорский воспитательный дом, являлись 6 Принципиально важным для нашего утверждения, что в Российской империи существовала, хотя и в урезанном виде, государственная система, являются следующие слова царского Манифеста в отношении воспитательного дома: «Определяем быть ему государственным учреждением». значительное число детей, рождающихся вне брака, и запредельно высокая смертность младенцев на первом году жизни. Хотя конкретные показатели младенческой смертности в XVIII и первой половине XIX столетий не известны, однако, судя по отдельным источникам, смертность грудных детей в то время достигала чрезвычайного уровня: из них до года нс доживал каждый третий ребенок 13]. Кроме того, последнее явление характеризовалась нетерпимым социальным злом — подкидыванием «зазорных» новорожденных, а то и их убийством. Об острой необходимости противодействовать указанному социальному неблагополучию писал в своем знаменитом письме «О размножении и сохранении российского народа» (1761) М.В. Ломоносов графу И. И. Шувалову. Великий ученый предлагал «для избежания столь ужасного злодейства и для сохранения жизни неповинных младенцев» учредить народные «богодельные» дома. Именно названными выше обстоятельствами обусловлены предпринятые во второй половине XVIII века первые шаги по реализации конкретных медико-социальных мер по призрению, сохранению жизни и воспитанию детей, прежде всего так называемых зазорных младенцев и сирот. Данная социальная политика знаменуется следующими тремя значительными административными актами: открытием, как уже сказано, Императорских воспитательных домов в Москве (1763) и Петербурге (1770), созданием Приказов общественного призрения (1775), началом формирования Ведомства учреждений императрицы Марии (1796). Проект создания Императорских воспитательных домов, включавших в себя не только сами приюты, но и родильный дом, госпиталь для питомцев и служащих, учебные заведения, представил Екатерине II выдающийся государственный деятель И. И. Бецкой. Главная цель названных учреждений была четко сформулирована в вырезанной на латинском и русском языках надписи на медной доске, заложенной под первый камень фундамента Московского воспитательного дома: «Екатерина Вторая, Императрица всероссийская, для сохранения жизни и воспитания в пользу общества в бедности рожденных младенцев...» [4]. Вторым шагом в формировании государственной социальной политики в Имперской России стало создание в губерниях Приказа общественного призрения, на который возлагалось в том числе создание и содержание сиротских домов, призрение незаконнорожденных детей и подкидышей [5]. Наконец, в истории медико-социальной помощи детям в монархической России яркой главой является благотворительная деятельность, в том числе царского дома. Здесь, прежде всего, следует указать на дея тельность Ведомства учреждений императрицы Марии. Начало указанному ведомству положил в 1796 г. специальный императорский указ, согласно которому руководителем всеми социальными учреждениями России, в том числе Императорскими воспитательными домами, стала жена государя Павла I императрица Мария Федоровна. Под се руководством более чем за 30-летней период был создан целый комплекс благотворительных учреждений, в том числе для инвалидов детства по слуху и зрению, бедных рожениц, сиротские дома и приюты. После ее смерти император Николай своим указом от 26 октября 1828 г. создает IV отделение императорской канцелярии, которое со временем и стало именоваться Ведомством учреждений императрицы Марии. Императорскому дому принадлежит также инициатива создания Императорского человеколюбивого общества (1816). Несомненным, хотя и скромным по результатам событием в российской истории охраны здоровья детей в рассматриваемый период стало открытие детских больниц. Первая из них была открыта в Петербурге в 1834 г., став вторым в Европе стационаром для лечения детей. В 1842 г. начинает функционировать детская больница в Москве (в настоящее время больница им. И. Ф. Филатова). В 1844 г. в Петербурге открывается первая в мире больница специально для детей раннего возраста. Таким образом, в России дореформенного периода было 3 детских больницы (240 коек). Следует сразу сказать, выстроенная в дореформенной России система охраны здоровья детей не решила главной проблемы — снижения детской смертности. Однако, приступая к ее решению, государство и общество, во-первых, создали систему медико-социальной помощи самому незащищенному контингенту детей — незаконнорожденным и сиротам. Во-вторых, в воспитательных домах и детских больницах стал накапливаться опыт не только клинической, но и профилактической педиатрии, связанный, прежде всего, с профилактикой инфекционных заболеваний, внутрибольничных инфекций, проведением прививок. В-третьих, грудные отделения Императорских воспитательных домов стали своего рода экспериментальной лабораторией, исследовательским центром по разработке и апробации различных искусственных смесей для детей первого года жизни. Нельзя не сказать еще об одном положительном моменте в охране здоровья детей в дореформенный период — о создании предпосылок для выделения педиатрии в самостоятельную науку и предмет преподавания, а через нее — для формирования взглядов на охрану здоровья детей как на системную проблему. Выделим в этом отношении три посыла. ПЕРВЫЙ. В XVIII — начале XIX веков сбережение жизни младенцев становится заметным явлением общественной и научной мысли. К этой проблеме обращено пристальное внимание со стороны общественности, первых ученых — профессиональных преподавателей медицины. Укажем только на наиболее известные сочинения. Здесь снова логично вспомнить о письме М. В. Ломоносова «О размножении и сохранении российского народа», в котором, кроме создания воспитательных домов, ученый предлагал организовать мероприятия по снижению болезней новорожденных, запретить крестить детей в холодной воде, широко распространять специальную литературу для повивальных бабок. Первый русский профессор медицины в Московском университете С. Г. Зыбелин в своем трактате «Слово о способе как предупредить можно немаловажную между прочими медленного умножения народа причину, состоящую в неприличной пище, младенцам даваемой в первые месяцы их жизни» (1780) поднял проблему правильного вскармливания с целью профилактики младенческой смертности. В первом русском руководстве по акушерству Н.М. Максимовича-Амбодика «Искусство повивапия, или паука о бабичьем деле» (1784) большой, в 140 страниц, раздел был посвящен болезням новорожденных. Следует упомянуть также о двух сочинениях, в которых говорится о необходимости принятия государственных мер в целях охраны здоровья детей, а именно И. Л. Данилевского «Государственная власть — самый лучший врач» (1760; на степень доктора медицины) и Н. Рождественского «Рассуждения о мерах правительства к сохранению жизни и здравию народа» (1830; па степень доктора законоведения). Но, может быть, самым убедительным свидетельством острого беспокойства российской общественности крайне высоким уровнем младенческой смертности является объявление в 1833 г. Вольно-экономическим обществом конкурса на лучшее сочинение «О причинах большой смертности детей на первом году жизни и мерах к ся отвращению». Первой премии был удостоен труд доктора И. Р. Лихтенштедта, в котором предлагался целый комплекс мер по предупреждению гибели младенцев от болезней. Многие из предложенных мер опередили свое время (об охране женского труда, создании специальных обществ по борьбе с детской смертностью, формировании категории врачей-педиатров) [6]. ВТОРОЙ. Зарождение практической педиатрии в России связано с организацией Императорских воспитательных домов и открытием первых детских больниц. Здесь важно подчеркнуть следующее обстоятельство. Если в воспитательных домах и первых детских больницах врач приходил в палаты больных детей ежедневно в течение многих лет, то легко предположить, что он, в отличие от коллег, работавших в стационарах для взрослых пациентов, эмпирически формировался как врач-педиатр. Другими словами, воспитательные дома и первые детские больницы, став своего рода кузницей первых детских врачей, доказывали необходимость преподавания детских болезней. ТРЕТИЙ. Центральным событием в формировании научной педиатрии стало появление в 1847 г. первого отечественного руководства по педиатрии «Педиятрика» С.Ф. Хотовицкого. В противоположность существовавшему в те годы мнению, в руководстве указывалось, что ребенок — не взрослый в миниатюре; развитие органов ребенка отличается рядом особенностей как в период здоровья, так и во время болезни; в процессе развития детский организм претерпевает не только количественные, но и качественные изменения. Первый великий русский педиатр выдвинул важнейший вплоть до настоящего времени постулат о том, что предмет педиатрии — не только больной, но и здоровый ребенок, а ее объект — в равной степени сохранение здоровья и лечение болезни. Таким образом, за столетний период, начиная с царствования Екатерины II (1762) до начала реформ Александра II (1861), в Имперской России сбережение жизни младенцев становится заметным предметом общественной и научной мысли; положено начало государственной система медико-социального сопровождения детей, находящихся в опасном для жизни положении (незаконнорожденные, сироты); формируются условия для выделения педиатрии в самостоятельную отрасль медицины. Формирование подхода к охране здоровья детей с позиций общественной медицины (вторая половина XIX века) Среди реформ императора Александра II важное место для развития образования и науки занимала университетская реформа (1863). Значительно расширив автономию высших учебных заведений, она способствовала открытию в российских университетах кафедр детских болезней и гигиены. Первая в России детская клиника создается в 1865 г. в Петербургской Медико-хирургической академии, а на следующий год — в Московском университете, а первая кафедра гигиены открывается в Казанском университете (1869), а затем — в Петербургской военно-медицинской академии (1871) и Московском университете (1882). Следует осо бо подчеркнуть, что руководители первых детских клиник (Н. И. Быстров, Н.Ф. Филатов, Н.П. Гундобин) и гигиенических кафедр (И.П. Скворцов, А. Н. Доброславип, Ф. Ф. Эрисман) были не только замечательными учеными, но и активными общественными деятелями, уделявшими много внимания социальным аспектам сохранения здоровья детского населения. Выдающимся результатом другой реформы — земской (1864) — стало не имеющее аналогов в мире явление земской медицины, открывшей доступ к получению бесплатной медицинской помощи значительной части беднейшего сельского населения. Многие земские врачи, земские санитарностатистические организации, столкнувшись в своей повседневной практике с острыми проблемами в состоянии здоровья крестьянских детей, прежде всего с высоким уровнем их смертности, выносили эти проблемы для общественного обсуждения. Среди мер борьбы с детской смертностью назывались улучшение экономических условий жизни, повышение культуры населения, как общей, так и санитарной; борьба с пьянством; освобождение женщины от работы до и после родов; открытие новых детских больниц, устройство различных детских учреждений; увеличение числа врачей и среднего медицинского персонала. Подчеркивалась необходимость осознания всем обществом, что смертность детей — это народное бедствие, подрывающее не только экономическое благосостояние, но и грозящее дальнейшему развитию России [7]. Во второй половине XIX века наиболее ярко выражали общественные настроения и требования в области сбережения жизней и здоровья детей Русское общество охранения народного здравия и Общество русских врачей памяти Н.И. Пирогова (Пироговское общество). Первое из названных обществ следующим образом определило одну из своих задач: «Исследование всех условий жизни юного поколения от пеленок до полного физического и нравственного развития» [8]. На проходивших ежегодно съездах Пироговского общества всесторонне обсуждались самые злободневные проблемы охраны здоровья детей, в первую очередь борьбы с нетерпимым социальным злом — запредельным уровнем в стране детской смертности. Важно подчеркнуть, что деятели общественной медицины, используя трибуну Пироговского общества, не только обсуждали и предлагали к внедрению медицинские и организационные технологии, но выдвигали требования глубинных социальных реформ, принятия мер законодательного характера по сохранению жизни и здоровья детей. Так, на IX съезде заявлялось, что «должна быть запрещена ночная работа беременным женщинам, начиная со второй половины беременности, и кормя щим грудью женщинам до 7-месячного возраста ребенка»; освобождение от работы с сохранением зарплаты «в последние две недели беременности и в течение 6 педель после родов»; «на фабриках, имеющих до 200 и более рабочих женщин, должны быть устроены родильные приюты,... и ясли для дневного пребывания детей» [9]. Следует упомянуть также о заявлениях радикальной оппозиции. Программа Российской социал-демократической рабочей партии требовала «освобождения женщин от работы в течение четырех недель до и шести недель после родов с сохранением заработной платы... Устройство при всех заводах, фабриках и других предприятиях, где работают женщины, яслей для грудных и малолетних детей; освобождение женщин, кормящих ребенка, от работы не реже чем через три часа на время не менее чем на полчаса» [10]. Таким образом, деятельность первых педиатрических и гигиенических кафедр, возможности земского самоуправления, активная позиция нарождающегося гражданского общества в лице различных многочисленных общественных организаций обусловили в России во второй половине XIX века острую постановку вопроса о необходимости значительно большего внимания со стороны государства к сохранению жизни и здоровья детей. Россия на пути к созданию системы ОММ (1900-1917) Факт стремительного развития теоретических, социальных и организационных подходов к построению системы ОММ в Российской Империи в первые 17 лет XX столетия прошел мимо внимания исследователей. Причем это время протекало в крайне неблагоприятных условиях — Русско-японской и мировой войн, революций 1905 и 1917 годов, т.е. фактически в условиях одного мирного десятилетия. Но именно в данный период был сделан первый, который без преувеличения можно обозначить как стремительный, шаг к построению государственной системы ОММ. В указанное время системными мерами, направленными на охрану здоровья матери и ребенка, уменьшение уровня младенческой смертности, стало внедрение следующих медико-организационных технологий. • Конец XIX — начало XX в.: открытие яслей, прежде всего сезонных, в сельской местности. Наверное, можно считать обоснованным заявление о том, что первой действенной мерой по снижению детской смертности в России стало открытие яслей — в городах на благотворительные средства при фабри ках, в сельской местности — земством. Земские врачи фактически стали в конце XIX столетия пионерами в организации сезонных летних яслей. По данным Н. А. Русских, к 1898 г. ясли были зарегистрированы в 840 пунктах России [11]. • 1901 г.: создание «Капель молока». Началу распространения в России учреждений «Капли молока» послужило их открытие в 1901 г. в Петербурге и Одессе, а также обсуждение на восьмом Пироговском съезде указанной новаторской формы. В докладе М. Н. Маргулиеса указывалось: «4. ...присоединение к каждому родильному приюту специальных консультаций для младенцев, родившихся в приюте, куда бы они приносились раза два в месяц для врачебного осмотра. Здесь же те из них, которые лишены молока матери, получали бы необходимое для них, специально приготовленное молоко. Из приведенного текста ясно видно, что на «Капли молока» планировалось возложить функции ие только раздачи молока грудным детям, но и слежения за их здоровьем, т. е. функцию консультации для грудных детей. Именно по этому пути пошли в России, в отличие от Европы, где «Капли молока», как правило, выдавали только детское питание. Отсюда вполне справедливым является утверждение Г. Л. Микиртичан и Р. В. Суворовой (1998) о том, что нельзя признать корректными сведения большинства источников о наличии к 1913 г. в России всего 9 детских консультаций, ибо их функции также выполняли станции «Капли молока», которых к тому времени насчитывалось более 40 171. Только за 1916 год Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества открыло 25 учреждений «Капли молока» [13]. • 1904 г.: начало деятельности Союза для борьбы с детской смертностью в России. В конце 1904 г. воплотилась в жизнь инициатива II. А. Русских: в Петербурге при поддержке известных педиатров была создана названная общественная организация. Значение этого события, с нашей точки зрения, заключается в следующем. Во-первых, Союз создает свои отделения в различных городах России (всего 9 отделов, в том числе в Петербурге, Екатеринбурге, Харькове), и по его примеру создаются Общества борьбы с детской смертностью (в Казани, Баку, Москве). Во-вторых, к деятельности Союза и Обществ по реализации конкретных мер, направленных на сбережение жизни детей, привлекался широкий круг общественности — литераторы, священники, военные, врачи, юристы. Таким образом, борьба с детской смертностью становится общественным феноменом в России, и логично встает (обостряется) вопрос о создании государственной системы ОММ. • 1907 г.: открытие детских консультаций. В 1907 г. Г. Н. Сперанским в Москве, в 1908 г. А. О. Гершензоном в Одессе создаются консультации для матерей по уходу за детьми. К 1912 г. в Москве консультации были открыты при четырех городских родильных домах. В Петербурге к 1917 г. функционировало 5 детских консультаций. Значение данного события заключалось, прежде всего, в следующих двух моментах. Во-первых, на съезде было внесено предложение об основании Всероссийского общества детских врачей и представлен проект его устава. Мировая и гражданская войны не позволили осуществить указанный замысел, и он уже был реализован в советское время. Во-вторых, в резолюции съезда достаточно четко определялись уже «выстраданные» российским педиатрическим сообществом основные векторы строительства системы ОММ. А именно: а) охрана материнства и младенчества должна составить обязанности общественных управлений и государства; б) при каждом родовспомогательном учреждении вводить должность педиатра; в) открыть консультации для детей грудного возраста с выдачей молока; г) ввести в университетское образование будущих врачей преподавание гигиены, диететики и лечения детей грудного возраста [14]. • 23 июня 1912 г.: принятие Закона о страховании рабочих. В законе предусматривалось введение пособия в размере 1/3 месячной зарплаты на 2 недели до и 4 недели после родов женщинам, работающим на крупных фабриках. Конечно, указанный закон имел крайне ограниченный характер, справедливо резко критиковался радикальной оппозицией, по все-таки это был первый сделанный шаг по законодательному обеспечению охраны материнства, демонстрирующий (требующий) необходимость дальнейшего законодательного обеспечения в области охраны здоровья матери и ребенка. • 31 мая 1913 г.: организовано Всероссийское попечительство по охране материнства и младенчества. Попечительство состояло под покровительством императорского дома. Председателем Попечительства стал выдающийся ученый и общественный деятель К. А. Раухфус. В Положении о Попечительстве объяснялись цели и методы его работы: «Попечительство имеет целью путем охраны здоровья женщин во время их беременности и родов и непосредственно после таковых, а равно путем охраны здоровья детей младшего возраста и особенно грудных младенцев, способствовать уменьшению детской смертности и нарастанию здорового населения России» [15]. К 1917 г. попечительством было создано 25 консультаций с молочными кухнями, 29 постоянных приютов и дневных приютов-яслей, где призревались 800-900 детей, в 500 летних сельских яслях воспитывалось свыше 35 000 детей. Одной из задач Всероссийского попечительства по охране материнства и младенчества было создание Центрального института ОММ. Задачи и содержание деятельности Попечительства по многим позициям соответствовали планам строительства системы охраны здоровья матери и ребенка в первые годы советской власти. А создание HPIPI ОММ в Москве (1922) и Ленинграде (1925) в качестве важнейшей составляющей советской системы ОММ обоснованно можно рассматривать как воплощение идеи К. А. Раухфуса в жизнь [16]. • 1917г.:ОММв эпоху Временного правительства. Специальных исследований о том, как решались проблемы охраны здоровья матери и ребенка в те 8 месяцев, когда после падения царизма в стране функционировало Временное правительство, нам не встретилось. Однако изучение архивных материалов показало, что первые преобразования по охране здоровья детей начались сразу после Февральской революции 1917 г. По распоряжению Временного правительства 4 марта 1917 г. в ведение Министерства народного просвещения передавались учреждения Ведомства императрицы Марии. Для временного управления были назначены особые комиссары. Судя по отдельным фактам, врачебная общественность весьма активно приступила к разработке планов в указанной сфере. Так, например, И. А. Климов, будучи главным врачом Петроградского воспитательного дома, опубликовал в марте 1917 г. проект реформы воспитательных домов, где представил основные положения государственного попечения о детях. По его мнению, «охрана материнства, младенчества и детства достигается культурно-просветительными мерами», а также различными «мерами государственного попечения и призрения»: принятием законов, «охраняющих материнство, младенчество и детство, оказанием юридической помощи матерям, организацией страхования на случай беременности и родов, материальной помощью, устройством приютов для беременных, молочных ферм и молочно-заготовительных пунктов, яслей и детских садов, амбулаторий врачебной помощи детям, детских больниц, санаториев, больших и малых Домов ребенка» [17]. Назревшую необходимость проведения мер по ОММ прекрасно осознавала и педиатрическая общественность Москвы. В апреле 1917 г. на совместном заседании Общества детских врачей и Общества борьбы с детской смертностью были одобрены план мероприятий по ОММ в новых условиях, разработанные Г. Н. Сперанским положения о детских учреждениях, программа курсов по подготовке детских медсестер и воспитателей [18]. Легко заметить, что предлагаемые между двумя революциями меры в области ОММ нашли воплощение в советской системе охраны здоровья матери и ребенка, что, с нашей точки зрения, является еще одним убедительным доказательством глубокой преемственности дореволюционной и советской врачебной мысли в построении государственной системы ОММ. Зарубежный опыт Существует достаточно устоявшееся мнение, согласно которому проблемы охраны здоровья ребенка в государственном масштабе впервые в мире были решены в СССР 1191. Вместе с тем многие организаторы советской системы ОММ, активно создававшие ее в 20-е годы, в своих публикациях утверждали, что советская система охраны здоровья детей во многом заимствовала элементы детского здравоохранения в западных экономически развитых странах [20-22]. Проведенный нами анализ свидетельствует, что более соответствует действительности вторая точка зрения. Изучение материалов по охране здоровья детей в странах Запада показало, что с целью борьбы с детской смертностью в конце XIX — первой-второй декадах XX века началось активное движение «в пользу охраны материнства и младенчества». Сначала движение развернулось во Франции. Именно французы в борьбе с детской смертностью первыми смогли воплотить в жизнь свои идеи по «разнообразию организационных форм» учреждений О ММ. Еще в 1844 г. во Франции были открыты первые ясли в помощь матерям-работницам, которые к концу XIX века получили широкое распространение. В 1890 г. в г. Нанси профессор Adolph Pinard создал первую консультацию для беременных. В Париже в 1892 г. главный акушер клиники Шарите Pierre С. Budin организовал первую консультацию для новорожденных. В 1893 г. при этой же клинике была организована первая «Капля молока» — молочная кухня для младенцев бедных матерей, где выдавали премии за грудное вскармливание, бесплатно молоко и детские смеси [21]. Французские формы открытого призрения получили большую поддержку в Германии. Начиная с 1896 г. в Тюрингской республике и других регионах Германии «попечение о детском возрасте» стало государственным делом. Постепенно увеличивалась сеть учреждений по охране здоровья детей грудного возраста. Для детей дошкольного возраста в Германии были созданы на общественных началах районные диспансеры, в которых малообеспеченные жители района имели право на бесплатную помощь. В них осуществлялись врачебный надзор, консультирование, уход, направленные, главным образом, на профилактику болезней. Работа диспансеров показывала принципиальное превосходство над институтом частных врачей. Особое внимание уделялось борьбе с туберкулезом и сифилисом. В 1920 г. в Берлине на Германском конгрессе по охране младенца профессор Fritz Rott отметил, что в стране имеет место «не вполне законченная, но хорошо продуманная, многократно испытанная система мероприятий для нуждающегося в охране младенца; в построении и проведении этой системы принимали одинаковое участие государство, община, частная благотворительность» [22]. Из всех стран Западной Европы и Америки наибольшее влияние на формирование советской системы ОММ оказала охрана здоровья матери и ребенка в Германии. Можно предположить, что в молодой Советской республике первые врачи-организаторы детского здравоохранения, в частности В. П. Лебедева, Н. Ф. Альтгаузен, М. М. Райц, Г. Н. Сперанский, Р. О. Лунц, С. И. Федынский и др., свободно владевшие немецким языком и неоднократно посещавшие лечебно-профилактические учреждения Германии, имели возможность изучить немецкую охрану здоровья матери и ребенка, а в дальнейшем внедрить в России противотуберкулезные, кожно-венерологические диспансеры, патронаж детей на дому, оздоровительные площадки и другие формы работы. Заключение Изложенные выше материалы позволяют сделать следующее резюме. В дореформенной России (вторая половина XVIII — первая половина XIX века) научная, профессиональная врачебная и педагогическая общественность, многие деятели культуры и отдельные представители правящей элиты осознали острую необходимость сохранения жизни детей, особенно младенцев, и воспитания здорового поколения. Первым ответом на данную проблему становится создание системы медико-социального сопровождения детей, находящихся в опасном для жизни положении (незаконно рожденные, сироты). В эту эпоху созревают условия для выделения педиатрии в самостоятельную отрасль медицинской науки и практики. Во второй половине XIX столетия проведенные в стране университетская и земская реформы, активная деятельность общественных и благотворительных организаций, широкое развитие общественной медицины, результаты социально-гигиенических исследований земских врачей и первых российских педиатров, опыт первых шагов медико-социалыюй педиатрической практики позволили теоретически обосновать ряд мер системного характера в области охраны материнства и младенчества. Возникает понимание необходимости активного, решающего участия государства в строительстве системы охраны здоровья матери и ребенка. В начале XX столетия Имперская Россия стояла на пороге практического построения системы охраны здоровья матери и ребенка, сочетающей в себе государственные, общественные и благотворительные начала. Независимо от того, сохранилась бы монархия или восторжествовала буржуазная демократия, в стране бы в скором времени создали систему ОММ. Проблема заключалась лишь в методах и темпах ее решения. В конце XIX — начале XX века правительства ряда стран Западной Европы и Соединенных Штатов Америки активно приступили к решению проблем ОММ. Зарубежный опыт общественного и государственного участия в охране здоровья матери и ребенка активно использовался в дореволюционной России и был востребован при строительстве советской системы ОММ. Советская система охраны здоровья детского населения, будучи по замыслу и содержанию сугубо государственной (административной, тоталитарной), при своем формировании и развитии использовала организационные технологии медицинского обслуживания детей, апробированные в царской России в начале XX века. Данная закономерность (опыт прошлого и связь с ним) — одна из фундаментальных причин эффективности и успехов в сфере сохранения и укрепления здоровья детей в Советском Союзе. Список литературы ОЧЕРК 5
Автор: Альбицкий В.Ю.
