Педагогическая деятельность А. Т. Болотова

Педагогические знания и деятельность занимали важное место в жизни А.Т. Болотова, однако тот путь, которым он пришел в педагогику, был несколько необычен.

К предпосылкам становления А. Т. Болотова-педагога можно отнести умственное самообразование и духовно-нравственное самовоспитание, переводы и первую пробу пера в области философско-нравственной и детской литературы.

Этот процесс и его результаты мы подробно рассмотрели в первой главе монографии. Напомним, что это была непрерывная самообразовательная работа, которая началась, когда формальное образование А.Т. Болотова еще не было закончено. Бессистемные и случайные первоначальные упражнения с целью избежать скуки постепенно облеклись в форму регулярных, целенаправленных занятий: с юности до глубокой старости А. Т. Болотов читал научную и художественную литературу, выполнял переводы, писал критические заметки, осуществлял лабораторные опыты и т. п.

Таким образом, одним из средств самообразовательной работы и ее своеобразным результатом стали переводы и первая проба пера в области нравоучительной литературы. Позднее, когда философская система А. Т. Болотова сформировалась, он положил ее в основу своей педагогической концепции. Теоретическим результатом ее осмысления стали «Детская философия» и «Путеводитель», практическим — собственная педагогическая деятельность.

Мы также полагаем, что на практическую деятельность А.Т. Болотова в области воспитания и образования оказали влияние оценка и осмысление деятельности различных учителей, их методов и приемов обучения. Вероятно, он приходил к мыслям о необходимости поиска иных педагогических методов и приемов и применения лучших из тех, которые ему удалось наблюдать, к мыслям об осуществлении педагогического процесса с позиции иных подходов и другими средствами. Опосредованно об этом можно судить по отдельным страницам его мемуаров, о дидактическом характере которых было сказано выше.

Требуется отметить еще один важный фактор становления А.Т. Болотова как педагога — это острая жизненная необходимость: обстоятельства складывались таким образом, что не было другого человека, способного в тот или иной момент времени взяться за осуществление конкретной педагогической деятельности, и Андрею Тимофеевичу приходилось самому осваивать роль педагога, наставника, воспитателя и организатора.

В собственно просветительской педагогической и практической деятельности А. Т. Болотова можно выделить ряд достаточно последовательных направлений:

• 1) семейное воспитание и образование собственных детей;
• 2) организаторская деятельность в образовании;
• 3) факультативное образование;
• 4) театральная педагогика.

Временные рамки реализации данных направлений неточны и не всегда поддаются определению. Кроме того, часто в одно и то же время А.Т. Болотов занимался разнообразной деятельностью педагогического характера, несколькими из указанных направлений.

Рассмотрим их и попытаемся описать ключевые аспекты, охарактеризовать основные достижения и результаты, а также их возможное влияние на дальнейшее развитие отечественной педагогической науки и практики.

Семейное воспитание и образование

А. Т. Болотов занимался образованием и воспитанием собственных детей, детей родственников и знакомых.

Начиная с 70-х годов XVIII века в доме А. Т. Болотова подолгу жили и воспитывались дети двух его родных сестер и двоюродного брата, дети дальних родственников и знакомых, соседей по имению, а позднее и родные внуки писателя. Как правило, в своей домашней педагогической деятельности А. Т. Болотов руководствовался двойной мотивацией — угодить родителям и принести пользу самим детям.

К сожалению, сейчас уже невозможно установить точное число детей, прошедших своеобразную «школу Болотова». Можно предположить, что это были несколько десятков детей. Среди них особо необходимо выделить русского поэта Василия Андреевича Жуковского (1783—1852). Вспоминая о своей юности, он писал: «Самое памятное и любезное для меня есть лицо Болотова... Он был мне самый привлекательный человек и сильно на меня действовал своею многосторонностью» [122, с. 17]. Подробно влияние А.Т. Болотова на В. А. Жуковского рассматривалось в трудах В.Я. Лазарева [76] и А. К. Демиховского [68].

О разных своих воспитанниках и педагогических действиях А.Т. Болотов время от времени мимоходом упоминал в мемуарах: «жил у меня и кой-чему учился» [8, т. 1, с. 499; 8, т. 2, с. 140; 6, т. 2, с. 522]. «Кой-чему» в данном случае означает: основам философии, морали, нравоучению, грамоте, письму, физике, географии, математике (арифметике и геометрии), рисованию, началам землемерия, практическим предметным действиям с различными инструментами (астролябией, электрической машиной) и др.

А.Т. Болотов не имел теоретических представлений о закономерностях и общедидактических принципах педагогического процесса, однако интуитивно он строил свою практическую деятельность в соответствии с некоторыми из них. Рас смотрим их с опорой на представления, сложившиеся в современной педагогической науке.

В современной педагогике применяются следующие традиционные принципы целостного педагогического процесса: научности и доступности, связи обучения с жизнью, преемственности и систематичности; сознательности, активности и самостоятельности учащихся; наглядности; прочности и действенности; рационального сочетания коллективных и индивидуальных форм и способов учебной работы; гуманистической направленности педагогического процесса; соединения обучения и воспитания с трудом; эстетизации детской жизни; сочетания уважения с разумной требовательностью к воспитаннику; опоры на положительное в человеке; согласованности требований школы, семьи и общественности; сочетания прямых и параллельных педагогических действий; относительно новые принципы проблемности и мотивации. Педагогические принципы опираются на педагогические закономерности: комплексного решения задач развития, воспитания и обучения учащихся; учета возрастных и индивидуальных особенностей ребенка; оптимального сочетания форм и методов обучения и воспитания и др. [139, с. 84—85; 178; 179; 182, с. 169—183].

Приведем конкретные примеры учета некоторых из этих закономерностей и принципов, в соответствии с которыми А. Т. Болотов осуществлял свою педагогическую деятельность.

О комплексном решении задач развития, воспитания и обучения ребенка и учете возрастных и индивидуальных особенностей ребенка свидетельствуют записи А. Т. Болотов о занятиях с племянником: «хотелось мне, чтоб он, прочитав всю сию книгу («Жиль Блаз» А. Р. Лесажа) научился читать проворнее и лучше и помнить, что читает» [6, т. 3, с. 41]. Данное произведение было выбрано А.Т. Болотовым с учетом возрастных и индивидуальных особенностей ребенка, поскольку ранее он сожалел о неразвитости племянника, слабой восприимчивости, трудностях, возникающих при обучении. Для достижения поставленной цели требовалась доступная по

Глава II. Педагогическое наследие А.Т. Болотова возрасту книга с увлекательным сюжетом, способным заинтересовать подростка, поддерживать его внимание и стимулировать память. Таким образом, развитие ребенка также сочеталось с обучением и воспитанием, поскольку книга содержала воспитательные элементы, в процессе чтения совершенствовались учебные навыки, приобретались новые знания.

В данном случае А. Т. Болотов применял чтение художественной литературы в качестве метода обучения и развития ребенка: «заставливал я его, прочитавши каждый период, мне материю на коротких словах пересказывать» [6, т. 3, с. 41]. Применение данного метода было обыкновенным явлением во второй половине XVIII века и не потеряло своей актуальности по сей день. А. Т. Болотов использовал также прием пересказа прочитанных отрывков, что позволяет сделать вывод о рациональности его педагогических действий.

Об опоре на принципы систематичности, а также сознательности, активности и самостоятельности учащихся можно судить из продолжения рассказа о занятиях с племянником. А.Т. Болотов писал: «Он "Жилблаза" моего так полюбил, что читал его с охотою... гребется он сам за книгу и говорит: "Что-то наш Жилблаз делает, пора мне с ним повидаться"» [6, т. 3, с. 57]. Интерес ребенка к книге делает честь выбору А.Т. Болотова. О регулярности и систематичности занятий рассказывал сам автор.

Принципы связи обучения с жизнью, соединения обучения с трудом, наглядности проявились в действиях А. Т. Болотова, когда «при снимании всей усадьбы на план был случай познакомить их (детей) и с асторлябиею и научить ею действовать» [8, т. 1, с. 499] — А.Т. Болотов воспользовался жизненной ситуацией для демонстраций и объяснения в естественных, неучебных условиях. Результат подобных занятий он описал так: «Я мог препоручать им и без себя уже снимать на план места некоторые» [8, т. 1, с. 499]. Таким образом, он соединял обучение с трудовой деятельностью и мотивировал детей на овладение практическими навыками, давая им не отвлеченные учебные, а обусловленные текущей жизненной необходимостью задачи, подстегивая их самолюбие и старание, давая понять, что результат их работы будет использован далее.

Следующий пример подтверждает ориентацию А. Т. Болотова на принципы связи обучения с жизнью, наглядности, сознательности, активности и самостоятельности ребенка; соединения обучения и воспитания с трудом. При открытии вблизи г. Богородицка залежей «мраморных песков» А. Т. Болотов придумал делать из них (обтачивая в форме различных фигурок и плиток) особые коллекции, которые затем пользовались популярностью и спросом. Он писал: «В делании сих коллекций и помянутых разного рода штучек упражнялся не столько я, сколько любопытный сын мой» [8, т. 2, с. 95]. Исходя из новых жизненных условий, отец придумал сыну увлекательное занятие (своеобразные «уроки труда»), дающее вместе с тем повод и наглядность для того, чтобы познакомить его с основами минералогии. Сознательность, активность и самостоятельность ребенка подтверждается следующим высказыванием педагога: «И мне обыкновенно нужно только было учинить начало и дело затеять и выдумать, и тогда его уже дело было трудиться и отчасти дальнейшее и лутчее придумывать» [8, т. 2, с. 95].

Принципы соединения обучения и воспитания с трудом, эстетизации детской жизни, связи обучения с жизнью, мотивации мы видим в следующем сюжете из мемуаров А. Т. Болотова: «Как... искусство составлять ландшафтные картины из одних травок и листиков цветочных довели мы с сыном до нарочитого совершенства, то и вздумалось мне... смастерить с ним нарочитой величины прекрасную травяную мозаичную ландшафтную картину... Итак, оба мы с сыном совокупно сим трудом и занимались» [8, т. 2, с. 121] — эстетическое воспитание ребенка очевидно в данном примере. Мы убеждены, что А. Т. Болотов, умевший использовать образовательные ресурсы самых различных жизненных ситуаций, не упустил возможности в данном случае сформировать или закрепить соответствующие знания сына из курса ботаники — здесь мы видим то, что сегодня определяется как связь обучения с тру дом. О дополнительной мотивации в данном случае можем сказать следующее: упоминавшаяся картина предназначалась в подарок тульскому наместнику М. Н. Кречетникову (отец и сын намеревались поразить его своеобразием замысла и утонченностью исполнения, что им в полной мере удалось). Обладая высоким вкусом и чувством прекрасного, наместник был восхищен подарком.

С сыном, которого А.Т. Болотов характеризовал как «во всех упражнениях и затеях нарочитого товарища и помощника» [8, т. 2, с. 122], он трудился над переводами для «Экономического магазина», украшением грота в Богородицком парке [8, т. 2, с. 128], изготовлением различных «пронизочных иллюминаций» (особого рода узорчатых светильников) [8, т. 2, с. 134], изображениями на золоте, серебре и стекле [8, т. 2, с. 140] и т.д. Отметим, что весьма заметным недостатком современной системы семейного воспитания является неуклонно снижающийся объем совместной деятельности родителей и детей. В отличие от А. Т. Болотова, родители в XXI столетии забывают, что не столь важна внешняя привлекательность или значимость деятельности, как ее совместный характер. Таким образом, вырисовывается ценность и актуальность определенного аспекта педагогики А. Т. Болотова — его личного опыта семейного воспитания.

Наглядным примером, подтверждающим опору А. Т. Болотова на принципы научности и доступности, служит его «Детская философия», в которой он в понятной детям форме изложил основные достижения современной ему науки. Данный труд (восемь частей, включая рукописные материалы) использовался А. Т. Болотовым в качестве основного учебного пособия.

Предполагаем, что А. Т. Болотов был способен достаточно рационально сочетать коллективные и индивидуальные формы и способы роботы своих учеников и воспитанников, но, к сожалению, какой-либо точной информацией об этом мы не располагаем. Возможно, он придерживался принципов гуманистической направленности педагогического процесса и опоры на положительное в человеке. Наше в этом убеждение основывается на теоретических представлениях о философском фундаменте его педагогической концепции (подробно об этом будет рассказано в заключительном параграфе монографии).

Завершая обзор педагогической деятельности А.Т. Болотова в области домашнего образования и воспитания, необходимо сказать об обучении им крепостных детей. Обычно при этом он преследовал практические, утилитарные цели. Например, он учил двух мальчиков «лучшему и правильнейшему писанию», чтобы подготовить из них секретарей [57, с. 13]. Примечательно, что мальчики сидели в его кабинете за одним столом с другим его воспитанником, дворянского происхождения, — своеобразный элемент свойственного многим просветителям пренебрежения к сословности в образовании. А. Т. Болотов обучал ботанике «одного молодого и несколько грамоте умеющего малого», сообщал ему полезные сведения о растениях и их лекарственных свойствах, обучал основным принципам и приемам изготовления доступных лекарств, поскольку ему «нужен был человек, который бы... помогал травы сии собирать и приуготовлять... разные лекарства» [8, т. 1, с. 501]. Любопытно, что честолюбивый мемуарист написал о результативности своих усилий и дальнейших успехах юноши на медицинском поприще: он «впоследствии времени сделан был даже лекарским учеником, а потом и подлекарем, и ему определено было изрядное жалование» [8, т. 1, с. 501].

Итак, увлечение А. Т. Болотова педагогикой было вызвано условиями быта, пришло как осознание жизненной необходимости самостоятельно осуществлять обучение и воспитание детей; понимание, что в сложившихся обстоятельствах только собственными усилиями он мог достичь желаемых результатов в «образовании ума и сердца» собственных и вверенных его заботам детей. Таким образом, А.Т. Болотов на протяжении многих лет успешно осуществлял практику домашнего, семейного обучения, воспитания и развития. Данный опыт, несомненно, пригодился ему в организаторской педагогической деятельности.

Организационно-педагогическая деятельность при руководстве пансионом для благородных детей и волостным народным училищем (г. Богородицк)

В 1778 году при непосредственном участии А.Т. Болотова в г. Богородицке Тульской губернии было открыто первое учебное заведение — пансион для благородных детей г-на Дюблюе, где их обучали французскому и немецкому языкам, арифметике, истории, географии.

А. Т. Болотов был главным административным лицом в городе, именно к нему обратился г-н Дюблюе за разрешением учредить пансион. Необходимость в подобном учебном заведении была очевидна, однако прежде чем согласиться, А. Т. Болотов «начал... разговаривать с господином Дюблюе... и рассматривать из разговоров о разных материях все его знания и способности» [6, т. 3, с. 261]. Он старался выяснить, достаточно ли компетентен педагог. Приведем его высказывание полностью: «Чем более я его познавал, тем более увеличивалось удовольствие мое, по причине, что находил в нем все нужные к обучению детей способности. Пуще всего нравилось мне то, что он не только помянутыми обоими языками говорил правильно и очень хорошо, но и нашим русским языком говорил почти как русский и мог даже писать на нем изрядно. Сие достоинство в учителе почитал я нужнейшим и вожделен-нейшим, ибо для меня казалось всегда то неудобным, когда учитель не умеет по-русски ни одного слова, и я не понимал, как могут такие господа учить детей иностранным языкам правильно, скоро и хорошо, будучи не в состоянии толковать им все нужное на их природном языке. Кроме того, было мне и то приятно, что одарен он был и разными другими сведениями, был человек тихого, веселого и дружелюбного характера, и при том еще во всем любопытный и умеющий даже играть на скрипке...» [6, т. 3, с. 261]. Как видим, в этих строках раскрываются те требования, которые А. Т. Болотов предъ

являл к учителю. Они были достаточно широки для его времени и охватывали не только образованность и профессионально-педагогические качества последнего, но также его личностные свойства, характер и способности.

А.Т. Болотов разместил пансион в одном из волостных строений. Отсутствие арендной платы и наличие нескольких свободных комнат позволило учителю назначить умеренную цену за обучение и «принимать к себе посторонних и таких учеников, которые могли бы у него жить на содержании» (то есть открыть полный пансион для детей из отдаленных имений) [6, т. 3, с. 262].

А.Т. Болотов с радостью отдал в пансион своего сына и мальчика-родственника [57, с. 14]. Его примеру последовали судьи, жившие в Богородицке, а затем и многие дворяне, владевшие имениями вокруг Богородицка. «Словом, — пишет Болотов, — не успело пройтить несколько месяцев после открытия его, как он наполнился учениками и сделался почти славным и довольно хорошим» [57, с. 14].

Таким образом, в мемуарах «среднестатистического» чиновника, каким на тот момент был А.Т. Болотов, сохранилась история создания одного из первых в Тульской губернии учебных заведений. Коллективный характер обучения позволил многим семьям разрешить насущную проблему образования детей, поскольку до открытия пансиона им приходилось самостоятельно изыскивать образовательные средства и, что составляло наибольшую трудность, — педагогов, способных данную деятельность осуществлять.

Учебное заведение успешно функционировало до 1782 года, когда, покидая Богородицк, г-н Дюблюе передал пансион старику-французу де Брини, «гораздо худшему учителю» [57, с. 14], и многие дворяне вынуждены были забрать своих детей из пансиона. В 1783 году появился новый учитель, немец Эйзенберг, «много-знающий и хороший человек» [57, с. 14], и пансион вновь возродился.

Второе событие в организационно-педагогической деятельности А. Т. Болотова — организация волостного народного училища (школы) для детей крепостных крестьян.

Здесь необходимо сделать следующее отступление: краткий исторический экскурс показывает, что с начала XVIII столетия в России модернизировались существующие и создавались новые учебные заведения для детей из различных сословий. Кратко охарактеризуем их.

• 1701 год — навигацкая школа — учебные заведения, в которых осуществлялась подготовка специалистов к морской деятельности; они были доступны для детей из всех сословий.
• 1714 год — цифирные школы — учебные заведения этого типа осуществляли подготовку чиновничьего управленческого аппарата, сюда принимались дети дворян и чиновников, позже —- духовенства и купечества, затем дети всех сословий.
• 1721 год — архиерейские школы — учебные заведения религиозно-духовной направленности, готовили служителей культа, в них принимались только дети духовенства.
• 1721 год — гарнизонные школы — учебные заведения, в которых грамоте обучались дети солдат.
• 1721 год — горнозаводские школы — учебные заведения, обучающие грамоте детей «нижних чинов и рабочих людей».
• 1752 год — морской шляхетский кадетский корпус — одно из ведущих учебных заведений Российской империи той эпохи, в него допускались только дети дворянского сословия.
• 1786 год — главные и малые народные училища —- учебные заведения, обучающие грамоте, сюда допускались дети всех сословий.

Большинство из перечисленных типов школ не предназначались для детей крестьян. Даже основы начального образования: знание грамоты, навыки письма и чтения, первичные представления об устройстве мира — были недоступны для крепостных. В рукописном очерке «О незнании нашего подлого народа» А.Т. Болотов с горечью отмечал факт вопиющего невежества крестьян. Например: «на вопросы мои, для чего они ничего не знают, принужден я был с сожалением слышать тоже, что им знать того непочем, что они люди безграмотные, а обучениев от попов они никогда не слыхивали...» [17, с. 331].

Идея создания народного училища для крестьянских детей принадлежала тульскому наместнику М. Н. Кречетникову, реализация его замысла была полностью возложена на А. Т. Болотова.

Анализируя дореволюционный труд П. С. Шереметева «Народные учителя и учительницы в Тульской губернии», ученый-историк, заведующая Мемориальным музеем-усадьбой А.Т. Болотова в пос. Дворяниново Тульской области О. В. Глаголева иронически писала, что «основанием для постройки училища послужил декоративный принцип, и в этом... отразился свойственный XVIII столетию "дух декорации на первом плане"... посетивший Богородицк тульский наместник приказал заполнить пустующее место у пруда зданием волостного училища» [57, с. 14].

О назначении школы А.Т. Болотов писал: «Мальчиков сих, выучив грамоте, обучать потом музыке и сделать из них людей, годных к служению в разных должностях при волости, а если они впоследствии времени отдадутся г. Бобринскому (граф А. Г. Бобринский — сын Екатерины II и Григория Орлова. — Авт.), то и при нем в доме» [8, т. 2, с. 141].

Итак, движимый отнюдь не педагогическими мотивами (готовить грамотных слуг для имения императрицы), А. Т. Болотов сделал прежде невозможный педагогический шаг — основал одно из первых в истории России учебных заведений для детей крепостных крестьян (г. Богородицк, 1784 год). На создателя училища легло бремя решения всех организационных и методических вопросов. Он писал: «По желанию наместника, объездив все деревни, набрал я и мальчиков крестьянских для составления из них волостного училища» [8, т. 2, с. 141]. Любопытна реакция будущих учеников: «они все, равно как отцы их, сначала крайне были тем недовольны, и пролито об них множество слез» [8, т. 2, с. 141].

Кроме отбора учеников и составления учебного плана А. Т. Болотову пришлось заниматься поиском помещения для школы (поскольку желаемое наместником здание еще только предстояло построить) и финансовым обеспечением учебного заведения. Организованная им школа фактически оказалась государственной, поскольку мальчики содержались на казенный кошт.

К сожалению, обучение в волостном училище не было поставлено на должную высоту [57, с. 14]. А.Т. Болотов писал: «Присланным для обучения учителем был я не весьма доволен. Был он малый еще совсем молодой, происходивший из рода церковников, и характера совсем распутного и негодного, так что надлежало за поведением его иметь бдительное око и удерживать его от многих шалостей, которым он до того был предан, что наконец не было почти сил и возможности к удержанию его от оных» [8, т. 2, с. 141]. Таким образом, у А.Т. Болотова (как и у Н.И. Новикова) появляются мысли о профессиональной пригодности, педагогической компетентности людей, занимающихся образованием и воспитанием детей.

Содержание образования, как следует из мемуаров А. Т. Болотова, заключалось в обучении грамоте «по нововводимой тогда методе» [8, т. 2, с. 141] (к сожалению, мемуарист не раскрывает, в чем была ее суть) и пению, чем занимался специально присланный для того капельмейстер, профессионализм которого удовлетворял строгим требованиям куратора училища.

Мы не знаем, осуществлялся ли каким-либо образом контроль усвоения детьми грамоты в данном училище, но информация о проверке певческих навыков сохранилась. А.Т. Болотов писал: «Имел я удовольствие слышать в первый раз пение учившихся петь ребятишек наших, и успехом наемного учителя был совершенно доволен» [8, т. 2, с. 148]. Сохранилось также упоминание об экзамене, устроенном ученикам наместником, который «был успехами их в учении доволен, поощрял их и приказал пошить для них несравненно лучшее платье, если они будут не прочь учиться прилежно» [8, т. 2, с. 166]. Вероятно, образование в училище не было пущено на самотек, можно говорить о некоторых наивных попытках поощрения 130

§ 2. Педагогическая деятельность А. Т. Болотова учащихся в виде обещания им в будущем лучшей одежды за успехи в учении.

О дальнейшей судьбе учеников А.Т. Болотов писал: «Все они, кроме очень немногих, сделались счастливыми, так что некоторые из них имеют большие у себя капиталы, и за все свое счастие обязаны мне и тогдашнему моему их выбору и назначению» [8, т. 2, с. 141].

К сожалению, неизвестно, как долго просуществовало волостное училище в Богородицке, но польза от этого первого опыта просвещения народа в Тульской губернии несомненна: «счастие», как писал Болотов, тех крестьянских детей, которые получили там образование, при всем несовершенстве этого училища; распространение музыкальной культуры среди простого народа и среди дворян, которые пользовались трудом подневольных музыкантов [57, с. 14]. О. Е. Глаголева называет сам факт открытия и существования в такие ранние годы народного училища, в котором обучались дети крепостных, прецедентом, создавшим более благоприятные условия для развития народного образования. Она отмечает, что позже в Богородицке неоднократно создавались школы для народа [57, с. 14]. Любопытен и тот факт, что в настоящее время в г. Богородицке в здании, где располагалось первое волостное училище, организованное А.Т. Болотовым, размещается детская художественная школа.

Факультативное образование

Прежде чем приступить к характеристике данного направления педагогической деятельности А.Т. Болотова, считаем необходимым разъяснить обозначение его атрибутивным признаком «факультативный», который выглядит несколько искусственно в историческом контексте нашего исследования.

Современные представления о сущности факультативных занятий сводятся к следующему: это «один из видов дифференциации обучения по интересам с целью углубления знаний, развития интересов, способностей и склонностей учащихся, их профориентации» [189, т. 2, с. 498]. Факультативное обучение позволяет углубленно изучить содержание тех или иных учебных предметов, рассмотреть вопросы, выходящие за рамки учебной программы; изучить предметы, не входящие в учебный план, и т.д. [189, т. 2, с. 498—498]. В этом заключается отличие факультативных занятий от обычных общеобразовательных школьных уроков и от дополнительных занятий, которые организуются в случае, если ученик проявляет недостаточную сформированность тех или иных знаний, умений, навыков. От внеклассных занятий они отличаются тем, что проводятся, как и уроки, согласно расписанию и имеют постоянный состав учащихся. Факультативное обучение также существенно отличается от дополнительного образования, которое служит целям всестороннего развития детей за пределами основных образовательных программ [212]. Мы полагаем, что деятельность А.Т. Болотова осуществлялась именно в рамках и в соответствии с целями факультативного обучения. Организуемые им в своем доме регулярные занятия с пансионерами нельзя, однако, назвать домашним обучением или вариантом домашнего образования, поскольку последнее представляет собой форму общеобразовательной подготовки ребенка в условиях семьи [189, т. 1, с. 283].

Напомним, что А. Т. Болотов активно содействовал открытию пансиона для благородных детей в г. Богородицке Тульской губернии. Он не только всецело поддерживал его деятельность, но и самым непосредственным образом принимал участие в обучении детей. Он вспоминал: «Оставалось у меня еще много свободного времени (А.Т. Болотов занимался управлением Богородицкой волостью, писал литературные труды, выполнял переводы и осуществлял лабораторные опыты и т.д. — Авт.'), то восхотелось мне употребить кой-когда оное на пользу детей моих богородицких друзей и приятелей. Все они, как я уже упомянул, учились языкам в нашем пансионе, ходивши и ездивши в оный ежедневно... но как в послеобеденное время по средам и по субботам учения у них не было, то самое сие праздное время и хотелось мне обратить им в пользу и употребить на обучение их тому, чему они в пансионе не обучались и не могли быть обучаемы, а именно геометрии, физике и нравоучению, и тем им произвести существительную пользу, и отцам их, с своей стороны, оказать дружескую и такую услугу, которою они натурально были бы весьма довольны» [8, т. 2, с. 31]. Движимый этими мотивами: с одной стороны — сделать доброе знакомым, с другой — способствовать обучению и воспитанию детей, А. Т. Болотов бескорыстно и безвозмездно взялся за дело, которое требовало не только ответственности, но и серьезной подготовки и определенных педагогических способностей.

Изобретательность, с которой Андрей Тимофеевич подошел к организации факультативных занятий, делает ему честь: «Приглашал я всех учащихся в пансионе детей... к себе сначала будто в гости и, угощая их кое-чем, мало-помалу стал приучать их сперва чертить геометрию, а потом, севши кругом большого стола, слушать, что я им читать и рассказывать стану. К таковому чтению избрал я опять мою "Детскую философию", которой сочинено было уже у меня много частей, и все дети чтение и делаемые мною всем толкования и объяснения так полюбили, что они всякий раз с превеликою охотою ко мне в помянутые дни прихаживали и приезжали и все послеобеденное время у меня в слушании и в разговорах со мною с особенным удовольствием провождали» [8, т. 2, с. 32].

Сегодня организованное А.Т. Болотовым обучение может называться факультативными занятиями, а он сам — если не одним из родоначальников российской факультативной подготовки, то педагогом, внесшим существенный вклад в развитие отечественной практики данного направления в образовании: он предпринял успешную попытку организации факультативного обучения, основанного на доступном и понятном, иллюстрируемом остроумными примерами преподнесении дополнительного курса философских и естественных наук. Он одним из первых осознал необходимость факультативного обучения детей в дополнение к основному — пансионному, осуществлявшемуся нанятым учителем: в домашней, располагающей обстановке он, как отец и друг, преподносил детям сложные элементы научного знания, которые нанятый педагог не смог бы сформировать в условиях пансиона.

Театральная педагогика

Это направление педагогической деятельности А.Т. Болотова относительно хорошо изучено в отечественной истории литературы и литературоведении. Это связано с тем, что А. Т. Болотов был первым русским автором пьес для детского исполнения. В своем исследовании, помимо мемуаров А. Т. Болотова, мы опирались на публикации Е. П. Приваловой «А. Т. Болотов и театр для детей» [95], Ф. И. Сетина «Детский театр Андрея Болотова» [104] и А.К. Демиховского «А.Т. Болотов — драматург» [67].

А.К. Демиховский [68, с. 80], Ф.И. Сетин [104, с. 47], С. В. Михалёва [84, с. ], А.Л. Толмачёв [105, с. 152] приписывают А.Т. Болотову честь создания первого в России детского театра. В действительности история данного культурного феномена намного более древняя.

Искусствовед А. Никитина приводит следующие факты: «Русский профессиональный театр начинался с детей. Дети играли в придворном театре Алексея Романовича. Дети реализовывали театральные замыслы Петра Великого на сцене Славяно-греко-латинской академии. Дети из танцевальной школы Ланде в XVIII веке дали начало русскому балету. А ученики Сухопутного шляхетского кадетского корпуса подготовили рождение первого русского государственного театра, учрежденного императрицей Елизаветой» [169, с. 7]. Таким образом, детский публичный театр появился задолго до А. Т. Болотова.

«Детские домашние спектакли, — писала Е. П. Привалова, — не были редкостью в помещичьем быту в те годы, когда Болотов приступил к организации театра» [95, с. 247]. Воспитательный потенциал детских спектаклей был к тому времени вполне осознан, и им активно пользовались. Г-жа Жанлис красноречиво это доказала: «Отрок не ведал и сам, как возлюбит через то добродетельные подвиги, при которых получал он только плескания в ладоши в театре» [143, т. 1, с. 224—226].

Первый шаг к созданию детского театра в доме А. Т. Болотова был сделан, когда отец, сам будучи страстным театралом, стал брать с собой детей на представления тульского губернского театра [57, с. 16]. Итогом стала идея «смастерить у себя небольшой домашний театр, на котором бы все наши дети могли представлять кой-какие театральные пьесы» [8, т. 2, с. 53].

А. Т. Болотов объяснил это потребностью самих детей, обратив внимание на то, что они декламируют друг другу театральные монологи: «Случилось мне однажды их в таковых декламациях застать и способность и особенную охоту их к тому увидеть» [8, т. 2, с. 53] — наблюдательный и тактичный А.Т. Болотов, став невольным свидетелем первых творческих попыток детей, заметив их задатки, стремления и смущение, мгновенно оценил ситуацию и похвалил всех (любопытно, что это были не собственные дети Андрея Тимофеевича).

В одну минуту он отважился возглавить непростое, требующего времени и многих специальных способностей предприятие: «И тогда вдруг вздумалось мне им предложить, — писал он, — не расположатся ли они выдумать какой-нибудь целой театральной, хотя небольшой, пьесы, и не можно ли нам вдобавок к ним набрать еще кое-кого из их общества, дабы составилась целая труппа и всем им можно б было представить уже целую пьесу» [8, т. 2, с. 54].

Дети с восторгом поддержали предложение взрослого товарища, найдя в его лице творческого руководителя и наставника. Немедленно была найдена пьеса под названием «Безбожник», все роли распределены, «в немногие дни» выучены, и можно было приступать к первым репетициям.

Здесь А. Т. Болотов столкнулся и с первыми трудностями. Он писал: «Имел я довольно труда к навстроиванию всех их к лучшим декламациям и представлению, и не один, а несколько раз принужден был их для сего собирать и давать им свои наставления» [8, т. 2, с. 54]. Вероятно, несмотря на способности, о которых он упоминал ранее, детям не хватало особых, «театральных» умений и навыков. А.Т. Болотов приложил все силы в обучении их новому для них искусству сценического представления. В подготовке спектакля А.Т. Болотову помогал учитель Богородицкого пансиона г-н Дюблюэ, который предложил из самых маленьких детей «составить некоторый род балета и научить их оный пропрыгать» [8, т. 2, с. 55]. Таким образом, даже маленькие дети не остались в стороне от общего дела, что было весьма новаторским приемом в те годы. Современная система дошкольного воспитания широко использует ресурсы театральной педагогики в воспитании и развитии детей младшего возраста; опыт театральных постановок современных церковно-приходских школ, разнообразных школ-студий и центров раннего развития предусматривает участие в общих театральных постановках детей в возрасте от полутора лет.

Имея в своем распоряжении крепостных или казенных мастеров (столяров, маляров, художников и пр.), А. Т. Болотов смог соорудить «на скорую руку порядочный театрец с кулисами, занавесом, скамьями для зрителей и прочими принадлежностями» [8, т. 2, с. 55].

Премьера спектакля прошла успешно, пьеса была представлена столь хорошо, что «приобрела от всех совершенную похвалу и общее одобрение», и этот «весьма достопамятный» день закончился «большою вечеринкою и балом», которыми «угостил» в своем доме всех юных актеров и зрителей сам режиссер [8, т. 2, с. 56].

Своего расцвета театр достиг в 1781 году. Ф.И. Сетин сообщает, что весной и летом, особенно во время Богородицкой ярмарки, спектакли давали почти каждый день. Зрители приезжали из все более отдаленных мест, зал не всегда мог вместить всех желающих [104, с. 45]. На отдельных спектаклях

§ 2. Педагогическая деятельность А. Т. Болотова насчитывалось более двухсот зрителей, из которых «благородных» было около пятидесяти особ [111, с. 227]. Репертуар театра был достаточно разнообразен, он включал такие пьесы, как, например, «Безбожник» М. М. Хераскова, комедии А. П. Сумарокова «Пустынник», «Три брата-совместника», «Рогоносец по воображению», «Приданое обманом», М. И. Попова «Отгадай — не скажу», «Новоприезжие» Ле-Грана в интерпретации А. Волкова, «Необитаемый остров» — вольный перевод оперы аббата П.А.Д. Метастазио «Ботвинья», «Подражатель» неизвестного русского автора [95, с. 248—249; 111, с. 228; 68, с. 58; 104, с. 57].

Ф.И. Сетин писал: «Искушенные столичные аристократы, среди которых были знатоки театрального искусства, не верили, что это играют на сцене дети» [104, с. 57]. Актеров пришлось разгримировать непосредственно на сцене, чтобы показать их истинные лица и возраст сомневающимся зрителям.

Существование театра прекратилось в 1781 году вследствие большого пожара в Богородицке, нанесшего существенный урон городу и уничтожившего здание театра и дом А. Т. Болотова.

Итак, на протяжении двух лет А. Т. Болотов организовывал досуг детей, преследуя цели их развития, обучения, социализации в сочетании с задачами духовно-нравственного и эстетического воспитания: формированием и удовлетворением художественно-творческих потребностей и интересов детей, развитием их способностей, коммуникативных умений, эстетического и нравственного восприятия мира, морально-этического поведения, художественного образования и др. А. Т. Болотов создал, по-видимому, первый в России детский театр, не ограничившийся домашними постановками, но дававший публичные представления.

Завершая обзор педагогической деятельности А. Т. Болотова, мы можем сделать следующие выводы: основными ее направлениями были домашнее семейное воспитание и образование, организация образовательных учреждений и их работы, факультативное обучение и театральная педагогика. Следует еще раз указать, что педагогическая деятельность не была для А. Т. Болотова основной. Он был военным офицером, помещиком в своем имении, управляющим имениями императрицы Екатерины II, серьезно относился к своим обязанностям, честно и с большой самоотдачей занимался всеми необходимыми делами, однако на всех этапах жизни его не покидало основанное на интуитивно прочувствованном принципе гуманности стремление к осуществлению полноценного образования и воспитания самого себя, своей семьи, детей родственников и знакомых, к научению (пусть зачастую короткому и поверхностному) вверенных ему крестьян, к просвещению Отечества.

Автор: Брызгалова С.И.