К вопросу о содержании административной ответственности

Н. Н. Цуканов -

начальник кафедры административного права

Сибирского юридического института ФСКН России, доктор юридических наук, доцент (г. Красноярск)

В 2009 г. в качестве приглашения к научной дискуссии Ю. П. Соловьем был сформулирован тезис «Концепция административной

1

См.: Кирин А. В. Указ. соч.

ответственности требует уточнения»[1]. К сожалению, в научной литературе призыв к обсуждению этой интересной и многоаспектной проблемы не получил надлежащего отклика, а жаль!

Современной административно-правовой наукой не выработаны четкие представления о концепции противодействия административной деликтности, определяющий, в частности, роль соответствующей правоограничительной деятельности правоохранительных органов в предупреждении и пресечении административных правонарушений. Колоссальная продуктивность правоохранительных органов при применении мер административной ответственности легко сочетается с низкой эффективностью решения ими поставленных задач в порученной сфере государственного управления. В Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) бесконечно вносятся изменения и дополнения, однако это не ведет к сокращению пропасти между теорией и практикой правоприменительной деятельности.

Казалось бы, за долгие годы практического применения законодательства об административной ответственности не должно остаться вопросов, не подвергавшихся научному осмыслению. Однако проблема заключается в том, что эффективность концепции административной ответственности - категория конкретно историческая. Здравый смысл в нормативном регулировании, к которому стремится любой исследователь рассматриваемой сферы, зависит не только от предмета правового регулирования, но и от системы ценностей, характерной для той среды, в которой осуществляется государственная управленческая деятельность.

Применительно к деятельности полиции, пожалуй, одна из наиболее существенных проблем заключается в несоответствии условий среды полицейской деятельности нормативно-правовой модели производства по делам об административных правонарушениях. КоАП РФ предполагает оперативное, но очень вдумчивое применение административной ответственности с основательной формальной аргументацией принимаемого решения, а также реализацией иных положений, обеспечивающих как защиту процессуальных интересов участников производства по делам об администра

тивных правонарушениях, так и максимальный профилактический эффект от принимаемых мер. Условия, для этого необходимые, отражены в советском многосерийном фильме об участковом инспекторе милиции Анискине. Действующая же в современной России модель полиции по-прежнему ориентирована преимущественно на скорейшее достижение благоприятных количественных показателей и «не рассчитана на функционирование в рамках жестких ограничений, связанных с необходимостью соблюдения прав человека и гражданина, которые правовое государство обязано налагать на свои полицейские структуры»[2].

Теоретически подобная проблема решается предельно просто. Именно организация деятельности правоохранительного органа должна быть своевременно адаптирована к требованиям действующего законодательства. В практической плоскости все намного сложнее. «Бывают даже случаи, - указывает Ж.-Л. Бержель, - когда практика решается выносить приговор закону. Среда юристов может оказать противодействие уже принятым правилам. Когда закону не удается занять или сохранить свое место, а это происходит в случае, если его перестают соблюдать и если судебной практике удается путем ухищрений его обойти, законодатель вынужден, и это случается довольно часто, скорее смириться с такими нарушениями закона, чем принимать меры к их пресечению». Вряд ли имеются основания считать, что в России, где исторически всегда «правили люди, а не законы», где несоблюдение закона давно приобрело характер традиционного свойства натуры обывателя, подобные конфликты всегда решаются в пользу нормативного правового акта. Интересный пример приводит С. В. Бошно. В ходе анкетирования 1737 судей на вопрос: «Может ли судебная практика существенно изменить понимание нормы права, блокировать ее применение по мотивам несправедливости, целесообразности?» 56,3 % респондентов ответили утвердительно, подчеркнув, что тому есть немало таких примеров. В органах внутренних дел число сотрудников, ис-

кренне разделяющих данную точку зрения, намного больше. В итоге имеет место ситуация, описанная А. П. Шергиным: политическая воля государства подменяется интересами ведомств, под чьим прессом формируется практика.

Думается, что важным шагом к формулированию адекватной современным условиям концепции административной ответственности должно стать уточнение подхода к ее содержанию.

В современной учебной литературе содержание административной ответственности принято связывать лишь с административным наказанием. Этому во многом способствуют формулировки ч. 1 ст. 3.1, ст. 29.9 КоАП РФ, в соответствии с которыми решение о привлечении лица к административной ответственности принимается путем вынесения постановления о назначении административного наказания. Более того, невозможность применения к лицу предусмотренных нормой КоАП РФ или закона субъекта РФ санкции фактически влечет невозможность привлечения его к административной ответственности. В КоАП РФ отсутствует аналог раздела IV УК РФ, разграничивающий основания освобождения от административной ответственности и от административного наказания.

При таком подходе степень суровости санкций норм об административной ответственности начинает восприниматься как едва ли не основное условие эффективности административноюрисдикционной деятельности и, к сожалению, едва ли не как единственное.

В то же время лицо считается привлеченным к административной ответственности с момента вступления постановления в законную силу и считается таковым, даже если наказание по каким-либо причинам фактически не исполнялось, например, если лицо, в отношении которого вынесено решение о назначении административного ареста, при выходе из зала суда получает травму, исключающую возможность его содержания в специальном приемнике органов внутренних дел для лиц, арестованных в административном порядке.

1

См.: Шергин А. П. О концепции административной политики // Актуальные проблемы административного и административно-процессуального права : материалы междунар. науч.-практ. конф. / под ред. В. Я. Кикотя. М. : Моск, ун-т МВД России, 2003. С. 28.

КоАП РФ предусматривает возможность взыскания административного штрафа, наложенного на несовершеннолетнего, с его родителей или иных законных представителей (ст. 31.8). В подобных случаях назначенное наказание имеет второстепенное значение. Поэтому более правильным к определению содержания административной ответственности представляется подход Д. Н. Бахраха: «Административная ответственность - это официальное признание деяния административным правонарушением, осуждение виновного и применение к нему уполномоченными субъектами административной власти административных наказаний в урегулированном КоАП порядке»[3].

Например, когда к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное ст. 5.35 КоАП РФ, привлекается злоупотребляющая алкоголем многодетная мать, назначенный административный штраф, вероятнее всего, не будет уплачен никогда, его назначение предполагает необходимость совершения дальнейших заведомо бесперспективных действий по исполнению наказания. Кроме того, исполнение наказания может еще более усугубить положение воспитываемых ею детей, которые и без того нуждаются в материальной поддержке. В подобных ситуациях доминирующее значение приобретает официальная оценка поведения соответствующего лица, признание его виновным в совершении правонарушения, юридическая констатация факта правонарушения, что в последующем может быть использовано для решения вопроса о лишении ее родительских прав. И здесь вполне достаточно назначения предупреждения.

Весьма часто административные наказания оказываются несоизмеримыми с теми последствиями, которые в силу требований законодательства наступают для лица в связи с его привлечением к административной ответственности. Совершенно очевидно, что при разбирательстве по делам, связанным, например, с дорожно-транспортными происшествиями, причина активности его участников чаще всего связана вовсе не с административным наказанием. Несравненно большее значение имеет констатация факта нарушения правил дорожного движения участником дорожного происшествия, поскольку это во многом предрешает вопрос о страховых

выплатах. Факт привлечения лица к административной ответственности может повлечь такие негативные последствия, как отказ в выдаче иностранному гражданину разрешения на работу; отмена условного осуждения и исполнение наказания, назначенного приговором суда; установление административного надзора; аннулирование удостоверения частного охранника; отказ в выдаче лицензии на приобретение оружия и т. д.

Изложенное позволяет предположить, что содержанием административной ответственности выступает совокупность негативных последствий правового характера, заключающихся в официальном порицании (официальном признании противоправности соответствующего деяния) действий (бездействия) виновного лица субъектом административной юрисдикции, административных наказаниях, возложенной в соответствии с КоАП РФ обязанности возместить причиненный ущерб, а также совокупности негативных последствий правового характера, следующих за фактом привлечения лица к административной ответственности (например, отказ в выдаче соответствующей лицензии и т. д.).

Такой подход многократно усиливает потенциальные возможности применения административной ответственности в качестве метода государственного управления за счет использования мер воздействия, не отнесенных к административным наказаниям, многие из которых даже в типичных ситуациях оказываются неэффективными. Создается логическая основа для закрепления в законодательстве широкого перечня мер (кстати, многие из которых эффективно применялись в советский период, но были незаслуженно забыты), начиная от возложения на правонарушителя обязанности посетить тематические лекции (просмотреть тематические видеофильмы) до принудительного лечения лиц, больных наркоманией.

  • [1] См.: Соловей Ю. П. Концепция административной ответственности требует уточнения // Актуальные проблемы административной ответственности : материалы всерос. науч.-практ. конф. Омск : Омский юрид. ин-т, 2009. С. 6.
  • [2] Соловей Ю. П. Правовое регулирование деятельности милиции в Российской Федерации : монография. Омск : ВШМ МВД России, 1993. С. 95. 2 Бержель Ж.-Л. Общая теория права / под общ. ред. В. И. Даниленко. М. : NOTABENE, 2000. С. 140-141. 3 25,2 % опрошенных считают, что не может, а 18,5 % затруднились ответить. См.: Бошно С. В. Прецедент, закон и доктрина (опыт социолого-юридического исследования) И Государство и право. 2007. № 4. С. 77.
  • [3] Бахрах Д. Н. Юридическая ответственность по административному праву. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >