Святое Таинство Евхаристии — Литургия

Святая программа и святой подвиг святого Таинства Крещения совершеннейшим образом осуществляется в святом Таинстве Евхаристии — это полное охристовление, обогочеловечение. Здесь благодатно воспринимается все Богочеловеческое домостроительство спасения, от воплощения до вознесения, как жизнь нашей жизни и как душа нашей души. Святая Литургия, по богомудрому слову святого Феодора Студита, есть повторение всецелого Богочеловеческого домостроительства спасения[1]. Это особенно подчеркивается в конце Литургии святого Василия Великого, где говорится: Исполнися и совершися елико по нашей силе, Христе Боже наш, Твоего смотрения таинство. По святым отцам, суть святой Евхаристии [заключается в том, что] «Бог стал человеком, чтобы человек стал богом». И смиренный причастник исповедует перед святым Причастием: Божественное тело и обожает мя и питает, обожает дух, ум же питает странно . Речь идет о страшной, исключительной, превеликой тайне, причастник весь трепещет от ужаса и говорит себе и каждому причастнику: Боготворящую Кровь ужаснися, человече, зря3. И причастник воспринимает единственное благовестие всех человеческих миров — исполняется во всяко исполнение Божие (Еф. 3, 19; ср. Кол. 2,10).

Святая Литургия — это вершина Богочеловеческого реализма. С момента воплощения Бога Слова Богочеловек Господь Христос стал самой очевидной, самой бессмертной и самой вечной реальностью всех миров. Прежде всего — наших человеческих миров.

С нами Христос: с нами Бог — Эммануил, навечно с нами Бог (Мф. 1, 23). Самый убедительный свидетель этому — Церковь, Богочеловеческое тело Христово. Церковь — тело Христово, Евхаристия — тело Христово. Сущностная тождественность: Церковь в Евхаристии, Евхаристия в Церкви. Где нет Богочеловека — нет и Церкви; а где нет Церкви — нет Евхаристии. Все, что вне этого, — ересь, нецерковь, антицерковь, псевдоцерковь. Как тело Христово Церковь представляет собой соборное единство, по в то же время и единство соборности. Это касается и Евхаристии как тела Христова: едино тело есмы мнози, ecu бо от единаго хлеба; ибо все в одном Хлебе имеем причастие (1 Кор. 10, 17). Да, едино тело есмы мнози и под одной главой, Богочеловеком Христом. Поэтому и в святой Евхаристии, и в Церкви Богочеловек Христос — все и вся: и Той есть прежде всех, и всяческая в нем состоятся (Кол. 1,17; ср. Откр. 1, 8.10.17; 21,6).

Единственное благовестие роду человеческому [заключается в том, что] Причастие — это святое Таинство, в котором христианин под видом хлеба и вина принимает само тело и кровь Господа Христа, соединяется с Ним, получает прощение грехов и залог вечной жизни.

Это святое Таинство установил Сам Спаситель на Тайной Вечере. Взяв хлеб, Он благословил его, преломил и подал Своим ученикам, сказав: Приимите, ядите, сие есть тело Мое... за вы даемо. Затем взял чашу и, воздав хвалу Богу, подал им, говоря: Пийте от нея ecu. Сия бо есть кровь Моя новаго завета, яже за многия изливаема во оставление грехов (Мф. 26, 26-28; Лк. 22, 19). Сие творите в Мое воспоминание (Лк. 22, 19; ср. 1 Кор. 11, 24-25).

Это святое Таинство, в силу своей неизмеримой важности, составляет сущность главнейшего христианского богослужения, святой Литургии. На ней приносимый хлеб и вино призывом (эпиклезой) и действием Святого Духа освящаются и претворяются в тело и кровь Господа Христа.

К святому Таинству Причащения может приступить всякий член Православной Церкви Христовой, всякий православный христианин от младенца до старика. Ибо в нем человеческое существо соединяется с Самим Спасителем. Соединенный с Ним человек живет Им и Его вечною жизнью. По слову Самого

Спасителя, ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, имать живот вечный... Ядый Мя, и той жив будет Мене ради (Ин. 6,54-55.57). Имея в виду святое Причастие, Спаситель называет Себя Хлебом Божиим, сходящим с небес и дающим живот миру (Ин. 6, 33), Хлеб животный, от которого никто не взалчет (Ин. 6, 35), Хлебом небесным, подающим причастнику бессмертие и жизнь вечную (Ин. 6, 50-51).

Поскольку в святом Таинстве Причастия причастник принимает само пресвятое тело и саму пречистую Кровь Господа Христа, чрезвычайно необходимо, чтобы причастник подготовился к этому святому Таинству. Подготовка совершается постом и молитвою, ибо пост и молитва очищают душу от всякого греха и нечистоты. При этом человек должен испытать себя и совесть свою очистить от грехов покаянием. Только подготовленный таким образом человек может достойно причаститься. Приступая ко святому Причастию неподготовленным, человек навлекает на себя страшное осуждение. Об этом говорит святой апостол Павел: Да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст и от чаши да пиет. Ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, не раз-суждая тела Господня (1 Кор. И, 28-29).

Божественная кровь Господа Христа — Богочеловеческая сила, которая освящает, очищает, преображает, охристовляет, оцер-ковляет, обогочеловечивает, отроичивает, спасает. Поэтому Новый Завет — Завет в крови Богочеловека Христа. И этот Завет евхаристически продолжается в Богочеловеческом теле Церкви, соединяя Богочеловеческою кровью нас, людей, с Богом и друг с другом. Ибо соединяя человека с Богочеловеком, эта пресвятая кровь через Него нас соединяет и со всеми людьми. Очевиден исторический факт: настоящее, истинное, бессмертное единство человека с людьми бывает через Богочеловека, Бог ближе каждому, чем человек сам себе, ближе и всем людям, чем они сами себе. Поэтому нет человеку единства с самим собою и с окружающими его людьми без Бога, без Богочеловека, без кровного сроднения и соединения с Ним. Это кровное сроднение и соединение человека с людьми совершается в Богочеловеческом теле Христовом — Церкви. Причем реально и осязаемо: в святой Евхаристии, святом причащении Тела и Крови Христовой.

Кровь Богочеловека соединяет человека с Богом как па Голгофском Кресте, так и в Богочеловеческом теле Церкви через животворящую и боготворящую Кровь святого Таинства Причащения на святой Литургии. И еще: поскольку это кровь Богочеловека Христа, а Церковь есть тело Его, то она и является той соединительной силой, которая всех членов Церкви соединяет в единое тело, в единую жизнь, в единую душу, в единое сердце, в единое Богочеловеческое общение, в единое Богочеловеческое сообщество (xoivcoviav). Чаша благословения, юже благословляем, не общение (xoivcovia) ли крове Христовы есть? Хлеб, его же ломим, не общение (xoivcov(a) ли тела Христова есть? Яко един хлеб, едино тело есмы мнози, ecu бо от единаго хлеба причащаемся (1 Кор. 10, 16-17). Эти Богочеловеческие слова христоносного апостола являют нам саму тайну Церкви, ее евхаристическое Таинство и ее евхаристическую природу. Святая Евхаристия, святое Причастие соединяет нас не только с Ним, Незаменяемым, но и друг с другом. Вкушая Его святое Тело, все мы становимся едино тело мнози. Соединяясь с Ним, мы соединяемся святым единством и между собою. Это святое единство людей во Христе, Богочеловеческое единство. Единственное истинное и единственно вечное единство людей. Ибо в Богочеловеке Господе Христе мы не только вечно живы, но и вечно едины и едины так, как едино тело. Совершенным выражением этой Богочеловеческой действительности и является святая Евхаристия, святая Литургия, святое Причастие. А чудотворный и всегда исторический Богочеловек прежде всего Своим воплощением соединил в Себе Бога и человека вечным единством. И все это перенес и непрерывно переносит на нас, людей. Перенес и переносит Богочеловеческим образом. Ибо Он основал Церковь на Своем Богочеловеческом теле, на земной действительности Богочеловеческой жизни и Своего присутствия в нашем мире. Воплотился Всеблагий, чтобы нас Себе совопло-тить (Еф. 3, 6) и так обожить, охристовить, обогочеловечить и так даровать нам все Свое. А делает Он это, в первую очередь, святым Причастием в святой Евхаристии Церкви.

Едино тело есмы мнози, ибо никто из нас не составляет целое тело, но каждый — только часть тела, чтобы мы всегда чувствовали и знали, насколько мы зависим друг от друга, все от каждого и каждый от всех. И насколько мы необходимы друг другу: все каждому и каждый всем, а также каждый каждому. Наша сила, и мощь, и жизнь, и бессмертие, и блаженство, и вечность — только в том единстве, которое дает нам тело Христово, тело Божие. Чудесный Господь Христос есть наша истинная пища, наше истинное питие (Ин. 6, 55-56, 48). Он есть тот единый хлеб, которым мы питаемся, и Им ecu бо от единого хлеба причащаемся. Он есть и само общение, и сила этого святого общения, святой соборности Церкви. Причащаясь святому Хлебу и святой Крови Господа Христа, мы причащаемся Его святому телу, которое всегда едино и везде едино. Такожде мнози едино тело есмы о Христе, а по единому друг другу уди (Рим. 12, 5; ср. 1 Кор. 12, 27).

Это благовестие святого апостола. Его богомудро продолжает пятый евангелист, святой Златоуст: «Именно, сказав: общение тела, (апостол. — И. П.) хочет выразить еще теснейшую близость и говорит: яко един хлеб, едино тело есмы мнози (1 Кор 10,17). Что я говорю: общение? — продолжает он, — мы составляем самое тело Его. Что такое этот Хлеб? Тело Христово. Чем делаются причащающиеся? Телом Христовым, не многими телами, а одним телом. Как хлеб, составляясь из многих зерен делается единым, так что хотя в нем есть зерпа, ио их ие видно, и различие их неприметно по причине их соединения, так и мы соединяемся друг с другом и со Христом»[2].

Об этой Богочеловеческой реальности богомудрый Кавасила благовествует: «Церковь указуется Тайнами (Тела и Крови Христовой. — И. П.) не как символами, но как сердцем указуются члены, как корнем дерева — отрасли, и, как сказал Господь, как виноградною лозою — ветви (Ин. 15, 1-5. — И. П.), ибо здесь не одинаковость (xotveovia) только имени и не сходство подобия, но тождество (тогитотг|д) дела, так как Тайны суть Тело и Кровь Христа. Для Церкви Христовой они — истинная пища и питие, и, причащаясь их, она не превращает их в человеческое тело, как какую-нибудь другую пищу, но сама превращается в них... Если бы кто мог увидеть и Церковь Христову в том самом виде, как она соединена со Христом и участвует в плоти Его, то увидел бы

ее не чем другим, как только телом Господним. По этой-то причине Павел пишет: вы же есте тело Христово и уди от части (1 Кор. 12, 27)»'. «А если один Христос, — говорит святой Григорий Богослов, — одна глава Церкви, то и плоть одна»[3] . Таким образом, Христом и во Христе мы составляем едино тело, и уди от части, со всеми святыми апостолами, пророками, мучениками, исповедниками и всеми святыми. Для человеческого существа нет ничего светлее, ничего блаженнее, ничего вечнее, ничего милее во всех известных ему и воображаемых мирах, чем это общение во Христе со всеми святыми (ср. Еф. 3, 18; 4,11-16). Радость из радостей — быть со всеми святыми одним телом, причем — телом Христовым.

Если бы все святые тайны Нового Завета, завета Богочеловеческого, и все тайны Церкви Христовой, Церкви Богочеловеческой, могли быть сведены к одной тайне, тогда бы этой тайной было святое Таинство Причастия, святое Таинство Евхаристии. Она и показывает, и подает нам всецелого Господа Христа во всей чудесной роскоши Его Богочеловеческой Личности и Его Богочеловеческого тела, которое есть Церковь. Ибо святое Таинство Причастия, святая Евхаристия — это само Божественное тело Его, это сама Божественная кровь Его, это весь Он со Своей Церковью в несказанной полноте Своего Божества и Своего Человечества — Своего Богочеловечества. Новый Завет поистине единственным и исключительным образом нов, это Завет в Божией крови, Завет в Божием теле. И таковой Богочеловеческий союз Бога и человека осуществлен на всю вечность чудесным Богочеловеком и Господом Христом и Его Богочеловеческою Церковью.

  • [1] Согласно святому Феодору Студиту, святая Евхаристия — это «средоточие всецелого домостроительства» ([Феод. Студ. Опроверж., 1; с. 126] // Творения прей. Феодора Студита. Т. 1. СПб., 1907. С. 126). 2 [Литургия св. Василия Великого. Молитва на потребление Святых Даров]. Менее непосредственным образом это выражено в окончании Литургии святого Иоанна Златоуста. 3 Распространенная (со свв. Иринея Лионского и Афанасия Великого) святоотеческая формулировка. — Ред. 4 Последование ко св. Причащению. — Ред. 5 Там же. — Ред.
  • [2] [Ио. Злат.] In Epist. ad I Corinth. Homil. XXIV, 2 [Бес. XXIV, 2 на 1 Кор.; с. 237]//PG 61,200.
  • [3] [Ник. Кав.] Толкование Литургии, cap. XXXVIII [Лит.; с. 91-92] // PG 150, 452 С-453 А. 2 [Григ. Богосл.] Слово XXXVII, 8 [Слово XXXVII, 8; с. 514] // PG 36, 292 В.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >